Ною Морсводу восемь лет, он живет на лесной опушке с мамой и папой. Казалось бы, все у него в порядке, верно? Ан нет. У Ноя Морсвода столько проблем, что он очень старается о них не думать. И потому убегает из дома. Нехоженая тропа ведет его через густой лес – в лавку под вполне волшебным деревом. Она тоже не проста – в ней полно невероятных игрушек и чудес, а еще в ней живет старый мастер. И он рассказывает мальчику захватывающую историю, в которой есть и приключения, и странствия, и дружба, и нарушенные обещания, и самое неотвратимое и необратимое, что может случиться с человеком.Эта история изменит жизнь Ноя Морсвода навсегда. Вполне возможно – и вашу тоже.
Посвящается Кэти Линч
John Boyne
Noan Barleywater
Runs Away
Illustrater by Jliver Jefers
Copyright © John Boyne 2010 Все права защищены.
Книга издана с любезного разрешения автора при содействии United Agents и Литературного агентства «Синопсис»
© Oliver Jeffers, обложка, иллюстрации, 2010
© Максим Немцов, перевод, 2013
© «Фантом Пресс», оформление, издание, 2013
Ной Морсвод ушел из дома спозаранку, не успело солнце взойти, собаки – проснуться, а роса – просохнуть на полях.
Он слез с кровати и натянул одежду, разложенную накануне вечером. Затаив дыхание, тихонько прокрался вниз. Три ступеньки громко скрипели – доски там слипались как-то неправильно, поэтому на каждую Ной наступал очень мягко, отчаянно стараясь шуметь как можно меньше.
В прихожей он снял с крюка куртку, а ботинки в доме надевать не стал – обулся снаружи. Прошел по дорожке, отворил калитку, вышел и закрыл ее за собой. Ступал он при этом почти на цыпочках: вдруг родители услышат хруст гравия и спустятся посмотреть, что там такое.
В тот час еще было темно и приходилось изо всех сил вглядываться в изгибы и повороты дороги впереди. Но светлело, и Ной бы наверняка почуял опасность, если б она таилась в тенях. Пройдя первые четверть мили, он обернулся в последний раз – отсюда еще виднелся дом. Ной посмотрел, как из трубы кухонного очага идет дым, и вспомнил родных: спят в своих постелях и ведать не ведают, что он от них уходит навсегда. И Ною невольно стало немножко грустно.
«А правильно ли я поступаю?» – подумал он. Вихрем налетели счастливые воспоминания – пробиваясь сквозь недавние грустные, отгоняя их.
Но выбора у него нет. Он больше не может здесь оставаться. И никто бы его не посмел упрекнуть – пусть только попробуют. Да и вообще, наверное, всем лучше, что он отправился жить самостоятельно. Ему, в конце концов, уже восемь лет, и, если говорить правду, ничего особенного со своей жизнью он пока не сделал.
Вот про мальчика из его класса, Чарли Чарлтона, в местной газете напечатали, когда ему было всего семь лет, – в их деревню приехала Королева, открывать центр ухода за всеми бабушками и дедушками, и Чарли выбрали вручать ей букет цветов и говорить: «Мы ТАК рады, что вы смогли к нам приехать, мэм». Снимок сделали в тот миг, когда Чарли ухмылялся, как Чеширский Кот, вручая ей этот букет, а Королева смотрела на него так, словно пахнет чем-то не тем, а она слишком хорошо воспитана и нипочем не станет об этом говорить. Ной и раньше видел Королеву с таким лицом и никогда не мог сдержаться – обязательно хихикал. Фотографию вырезали и повесили на школьную доску объявлений, а кто-то –
В общем, разразился страшный скандал, но портрет Чарли Чарлтона, по крайней мере, напечатали в газете, и весь школьный двор смеялся над ним еще несколько дней. А Ной чего сравнимого в жизни добился? Ничего. Лишь несколько дней назад он попробовал составить список всех своих достижений, и вот что у него получилось:
1. Я прочел 14 книжек от корки до корки.
2. Я выиграл бронзовую медаль на Дне спорта в беге на 500 метров в прошлом году – и получил бы серебряную, если бы Бреф-фни О’Нил не сделал фальстарт и не оторвался.
3. Я знаю столицу Португалии. (Лиссабон.)
4. Для своего возраста я, может, и маленький, зато седьмой самый умный в классе.
5. Я пишу совсем без ошибок.
«Пять достижений за восемь лет жизни, – подумал Ной тогда, покачал головой и пососал кончик карандаша, хотя его учительница мисс Умнитч принималась орать, когда так делали, и говорила, что можно отравиться свинцом. – Это по одному достижению на каждый…» Он подумал еще и быстро прикинул на клочке бумаги. «По одному достижению на каждый год, семь месяцев и шесть дней. Вообще не впечатляет».
Ной попробовал убедить себя, что уходит из дома именно поэтому: такая причина казалась ему гораздо авантюрнее настоящей, о которой думать не хотелось. Во всяком случае – в такую рань.
И вот он один, сам по себе, юный солдат, идет на бой. Ной повернулся, подумал: «Ну, всё! Этот дом я теперь больше никогда не увижу!» – и двинулся дальше. Шел он с видом человека, отлично знающего, что на следующих выборах непременно станет мэром. Выглядеть уверенным очень важно – Ной это понял очень рано. У взрослых есть жуткая склонность – смотреть на детей, путешествующих в одиночку, так, словно дети эти умышляют какое-то преступление. Никому даже мысль в голову не приходит, что молодой человек может сам по себе отправиться в большое приключение, повидать свет. Они же такие узколобые, эти взрослые. Среди прочего.
