На кухне царила идеальная чистота. Аккуратно вымытые тарелки стройными шеренгами, как на параде, красовались в шкафу. Стаканы и рюмки тщательно протерты. В холодильнике — остатки застолья: недопитая бутылка смирновской водки, два блюда с практически не тронутыми салатами и крохотная тарелка тонко нарезанной семги. Умопомрачительно дорогая рыба была любовно обложена прозрачными ломтиками лимона.
Ольга сглотнула слюну и захлопнула дверцу, потом заглянула в мусорное ведро — пустая бутылка все той же «смирновки», среди овощных очисток виднелась полиэтиленовая облатка от одноразового шприца. Вывод напрашивался сам собой: гость (или гостья) — а в том, что Виктория не одна коротала долгий осенний вечер, сомневаться не приходилось, — постарался скрыть следы своего пребывания. Зная слабость Вики к алкоголю и принимая в расчет две пустые бутылки «смирновской», Ольга предположила, что хозяйка квартиры нагрузилась под завязку и сделать уборку на кухне самостоятельно не могла просто физически.
В кухню, отдуваясь, вошел красный, потный врач, тщательно помыл руки и бросил через плечо:
— Тяжела ваша красавица. Малость откачали. Сердце, по крайней мере, пока работает. Забираем в реанимацию.
— Скажите, надежда есть?
— Надежда всегда есть. Но в данном случае очень слабая. Отравление алкоголем плюс мощная доза наркотика. Короче, если сердце выдержит... — Врач пожал плечами. — А вы ей кто? Родственница?
— Я — частный детектив.
— Что вы говорите?! Ее, значит, того? — Доктор посмотрел на Ольгу с явным недоверием. — Я думал, что она обыкновенная наркоманка.
— Нет. Здесь все не так просто, — вздохнула Ольга.
В коридоре раздался шум, и в дверном проеме показались громоздкие носилки, на которых несли Вику. Лица не было видно — его скрывала кислородная маска, прозрачная рука с тонкими росчерками голубоватых вен, бессильно свесившаяся с носилок, выглядела жалко.
Ольга быстро отвернулась. Думать о том, что безобидная, в общем-то, Вика умирает, было невыносимо.
Закрыв дверь за медиками, Ольга прошла в большую комнату, игравшую роль гостиной, и, плюхнувшись на продавленный диван, включила телевизор. На экране извивалась Лариса Долина, резкий голос певицы больно ввинчивался в мозг. Ольга скорчилась на диване и зажала уши руками.
И вдруг, ее осенило!
Нет, этого не может быть!..
— Руки вверх! — прогремело у нее над головой.
Ольга от неожиданности скатилась с дивана на пол. Перед ней стоял Дубовой, за ним — его оперативники: Алексей Болдин, Костя и Максим. Мужчины рассмеялись. Максим подал Ольге руку, помогая подняться.
— Ну, чего тут у тебя? Где труп? Не вижу. А может, он сбежал, а? — не унимался Дубовой.
— Викторию увезли в больницу. Отравление алкоголем и передозировка наркотиками. — Ольга старалась говорить спокойно.
— Я же говорил, что твоя литературная дама добром не кончит. Все эти творческие натуры склонны к допингам и самоубийствам. Как говорится, за талант надо платить.
— Перестань морализировать. Слушать тошно.
— Чего-чего? Мора... — Полковник состроил идиотскую гримасу.
— Занудствовать перестань. Я, кажется, знаю, кто все это сделал. — Ольга выразительно взглянула на Стаса.
— Я давно это знаю: Массимо Фандотти.
— Ты думаешь, что Массимо сбежал на пару часов из тюрьмы, заглянул в гости к Виктории Трамм, напоил ее до полусмерти, потом вколол спящей лошадиную дозу героина и как ни в чем не бывало вернулся в тюрьму? Ох, и умен же ты, Стас! — Ольга рассердилась не на шутку.
— Ладно. Не буянь. Улики есть?
— Есть. Шприц. Жгут. И идеальный порядок в квартире.
— С каких это пор порядок в квартире стал уликой? Я всегда считал наоборот.
— В данном случае это улика. Я не говорила тебе, но вчера ночью Виктория позвонила и сказала мне, что знает убийцу. Она утверждала, что в ночь убийства сквозь сон слышала голоса. Голос Лины Фандотти и голос другой женщины, та другая и есть убийца. Она хотела назвать мне имя этой женщины, но связь прервалась. Я попыталась встретиться с ней сегодня, но Вика отказалась, поскольку, мол, вечером ожидает гостей, а к их приходу надо приготовиться. Договорились встретиться на неделе. И вот... Теперь тебе понятно, что в этой квартире произошло покушение на убийство? Убийца был здесь, но старательно уничтожил улики, чтобы все выглядело, как самоубийство. И потом... Неужели тебе не пришло в голову, что все убитые были гостями на том злополучном торжестве в доме Фандотти? — Ольга перевела дыхание.
— Мне пришло в голову, что ты, вместо того чтобы заниматься делом, даешь простор своей буйной фантазии. Эмоции и ничем не подтвержденные догадки! Мне нужны факты. А их, насколько я понимаю, нет. Ночной звонок пьяной Трамм меня не впечатляет. Как человек, время от времени употребляющий спиртное в больших дозах, могу тебя уверить, что выражение «чего только спьяну не наговоришь» является аксиомой. — Дубовой спокойно прохаживался по комнате, насмешливо поглядывая на взволнованную Ольгу.
