Обследовав взглядом всю палату, я направил его на левую руку. В вену левой руки была воткнута игла с тонким шлангом. Я лежал под капельницей.
Зашел человек лет сорока, с седой бородкой и в круглых очках. Он быстрыми шагами направился к моей кровати, стараясь за этими шагами скрыть то, что он прихрамывал на одну ногу.
- Как вы себя чувствуете?
- Вполне неплохо.
- У вас небольшое рассечение в области виска, - сказал доктор. И вкратце объяснил мне, как я сюда попал и что со мной сделали, пока я был без сознания. - Вам очень повезло, что вы упали в обморок прямо перед подъехавшим автобусом... Простите, я не это имел ввиду. Он замешкался и начал извиняться. - Я лишь хотел сказать, что, если бы вы упали в обморок после того, как автобус отъехал, то мы бы не смогли так быстро оказать вам помощь, - запинаясь, проговорил, покрасневший доктор.
- Все нормально, доктор...
- Гронссен. Вильям Гронссен.
- Все нормально, доктор Гронссен, - сказал я, пытаясь придать ему уверенности.
Осмотрев мою рану, и сказав пару слов медсестре, он направился к выходу.
- Думаю, через пару дней вас выпишут. А пока вам необходим покой, - сказал доктор, обернувшись у самого выхода. - И кстати, к вам посетитель. За его спиной показался доктор Генрих. Генрих был в белой накидке, я никогда еще не видел его в белом халате, смотрится очень даже хорошо, с его-то холодным взглядом, люди могли бы подумать, что он хирург.
- А ведь я говорил, - начал Генрих, с отеческой улыбкой на лице, после того как доктор Гронссен и медсестра вышли из палаты, - не нарушай график приема пищи, твой организм не был готов к такой нагрузке, но не все так плохо. День, два полежишь здесь, восстановишь силы, а потом пойдешь домой как огурчик.
- Здесь я могу продолжить свою вторую жизнь? - я не хотел лежать, мне вообще никогда не нравился постельный режим, уж тем более меня не привлекала перспектива лежать в палате.
- Конечно можно. Я даже принес твои таблетки, как я помню, они уже заканчивались.
- Отлично, док. Давайте приступим прямо сейчас, - мне не терпелось снова оказаться в том мире и увидеть ковчег, который я, по словам Рагны, строил.
Было время послеобеденного отдыха, поэтому можно было быть уверенным, что нам никто не помешает. Доктор Генрих протянул мне таблетку, а сам устроился поудобнее с новой книгой в руках...
Глава 20
Мэр города с важным видом расхаживал вдоль восстановленных, а в некоторых местах, отстроенных заново, лавиноотбойных дамб. Он никогда ранее не занимался тяжелой физической работой - не было необходимости. Но опасность, которая нависла над городом и чувство ответственности за жизнь города и его жителей взяли вверх, и он вышел к людям и на равных с простыми людьми работал во благо города. И сейчас, осматривая лавиноотбойные дамбы, он с восхищением взирал на плоды своих трудов. Он был счастлив.
В считанные дни, усилиями всего города и их мэра, жителям удалось укрепить защитные редуты города. Теперь город был защищен со всех сторон круговой цепью лавиноотбойных дамб, и опасность могла вызвать только лавина невиданных доселе размеров. По этому случаю, жители устроили праздник на центральной площади города. Все жители города стеклись на площадь, чтобы послушать речь мэра, а после его одобрения и опрокинутой им кружки пива, начать пляски.
Жители, занятые процессом подготовки к празднику, не заметили, как над городом начали сгущаться тучи. Они будто наблюдают, как хищник, за приготовлениями граждан, чтобы в самый неожиданный момент наброситься на нее, вцепившись когтями и оскалив острые зубы. Когда все было готово к выступлению мэра, грянул гром. Он был такой оглушающий, сильный, что все в ужасе посмотрели на небо и разбежались во все стороны как тараканы, когда включают свет. Дождь обрушился на город, словно пытаясь смыть его с лица земли. Люди бежали к своим домам.
Мэр, который уже был готов выйти и произнести свою воодушевляющую речь, остался стоять у окна, и разочарованно смотреть на то, как толпу народа на площади сменяют крупные капли дождя, не оставляя сухого места на ней.
Дождь в совокупности с оглушительным громом, вызвал движение снега на вершинах гор. Мэр видел из окна, как сразу в нескольких местах сдвинулся с места снег, и, набирая скорость и массу, рвался вниз, к городу.
- А вот и возможность получить боевое крещение для наших новых лавиноотбойных дамб. Если они выдержат тяжелый, мокрый снег, то это значит, что город может спать спокойно ближайшие 100-150 лет, - произнес мэр, не отрывая глаз от стремительной лавины.
***
Выпив "таблетку сна" я расслабился и приготовился ко сну. И до того момента как погрузиться в сон, я почувствовал настоящее. Звучит глупо, но это, в моем понимании, состояние души, когда человек, свободен от мыслей, когда для него не существует ни прошлого, ни будущего. Я видел лишь светлый потолок, и вслушивался в тишину, прерываемую звуками перелистывания страницы книги Генрихом и шумом, который доносится с улицы и чувствовал спокойствие. Затем, это чувство сменило что-то другое, дрейф между настоящим и сном.
