Срань господня… Я не могла поверить, что он только что сказал это. Я пожалела, что он это сказал, потому что внезапно мой рот наполнился слюной. Я почувствовала, как заныли мои клыки, и поняла, что мои глаза налились кровью, монстр внутри меня просыпается. Он уставился на мужчину, который провел когтем по своему бледному запястью, как будто был самым сочным стейком, который когда-либо видела. Моя киска пульсировала вместе с моими клыками. Я не была уверена, как именно связаны кровь и секс, но, без сомнения, я знала, что хочу трахнуть этого мужчину, пока осушаю его досуха.
Хотеть его было неправильно во многих отношениях. Он был моим похитителем, а я — заложницей. Я должна была бы бояться его и испытывать отвращение к себе, но я просто не могла найти сил для беспокойства. Со мной что-то происходило. Я превращалась в существо, которое было голодным, алчным и возбужденным. Я смотрела, как на его запястье появляется тонкая полоска крови, и облизала губы. Я не могла оторвать глаз.
— Я чувствую, как сильно ты этого хочешь. — Промурлыкал он, медленно поднимая запястье к моему лицу. — Тебе это нужно, Сиренити. Тебе нужно выпить, иначе ты умрешь.
Я моргнула, на мгновение очнувшись от тумана в голове.
— Что значит — я исчезну?
— Каким-то образом твоя вампирская сторона пробудилась. Должно быть, ты попробовала кровь, и теперь, когда начались изменения, пути назад нет. Твое тело жаждет этого, как воздуха для дыхания. Если ты не будешь его кормить, оно умрет.
Мое дыхание участилось, а сердце бешено забилось.
— Может, так и лучше… — Мой взгляд остановился на маленькой капельке крови, стекающей по его запястью. Я чувствовала ее запах, и он был божественным. Я не могла точно описать запах его крови, но если бы мне пришлось попытаться, я бы сравнила его с насыщенным черным шоколадом.
— Лучше умереть? — спросил он, склонив голову набок. Его рана уже начала затягиваться, а мое желание гасло.
— Почему бы и нет? — Пробормотала я. — Однажды я почти сделала это, неужели это так сложно?
Он смотрел на меня несколько ударов сердца, но все, на что я могла смотреть — это тонкая полоска капающей крови. Он глубоко вздохнул и сказал:
— Ты не хочешь умирать, Сиренити. Ты можешь нести эту чушь сколько угодно, но я ни на секунду в это не верю.
У меня вырвался горький смешок.
— Что вдруг сделало тебя таким экспертом, а? Ты ничего обо мне не знаешь.
— Я знаю достаточно, — сказал он. — Я знаю, что тебе не повезло.
Я откровенно фыркнула.
— Ты что, издеваешься?
— У всех нас было трудное прошлое, мисс Харкер. Хотите верьте, хотите нет, но жизнь вампира долгая, и у каждого из нас есть свои истории и сожаления. Ты все еще молода. Ты еще не знаешь, что такое страдание.
— Пошел ты! — рявкнул я, когда мой живот закипел от гнева. Кто, черт возьми, он такой, чтобы говорить мне, что я не страдала?
— Пей, — снова настаивал он, игнорируя мою вспышку. — Ты умрешь, если не сделаешь этого, и я действительно не хочу принуждать тебя. Но я сделаю это, не сомневайся. Я раздвину твои прелестные губки и пущу свою кровь тебе в горло, если ты не подчинишься. Мне все равно, если ты этого не хочешь. То, что ты чувствуешь и чего хочешь, сейчас не важно. Так что сделай себе одолжение и прими это добровольно. — Его голос больше не был мягким и добрым.
Я посмотрела на свое отражение в этой маске и увидела мешки под глазами и красные радужки. Я была похожа на монстра, о котором люди предупреждали своих детей. Я была похожа на существо, которому перерезают глотки.
— Я сказала, пошел ты. — На этот раз мой голос звучал мягко. Спокойно. Смиренно.
Мои слова были встречены тишиной, когда его вена закрылась. Запах его крови все еще наполнял маленькую комнату, но он был уже не таким сильным, поскольку оставшиеся капли начали остывать. И все же у меня перехватило горло, а зубы заболели.
Молниеносно он прижал меня к стене, схватив рукой за горло, сжимая до тех пор, пока я едва могла дышать.
— Пошел я? — он кипел, шипя сквозь зубы. — Трахнуть тебя?! Если ты так сильно этого хочешь, я могу трахнуть тебя прямо здесь, у этой стены. — Его пальцы впились в мою кожу. — Это то, чего ты на самом деле хочешь, маленькая дампирша? Потому что я дам тебе это. Я трахну тебя так сильно, что ты забудешь собственное имя. Тогда, может быть, я осушу тебя досуха просто ради забавы.
Мое сердце и разум бешено колотились со скоростью мили в минуту, когда я хватала ртом воздух. Я пыталась заговорить, пыталась умолять этого человека, но не могла выдавить ни слова. У меня перехватило горло, и я не знала, сколько времени у меня осталось до того, как я потеряю сознание.
Свободной рукой он просунул руку под маску, приподняв ее на каплю, но недостаточно, чтобы я смогла разглядеть, что под ней. Я смотрела, как он подсунул запястье под себя, сильно кусая и разрывая собственную кожу, отчего по руке потекли ручейки густой крови. Я извивалась, но ничего не могла поделать. Он был слишком силен. Моим единственным спасением в тот момент было то, что я не могла дышать и чувствовать этот восхитительный запах крови.
