– Прости, Артур, но между нами никаких отношений нет. То, что ты приходил на обед, ни к чему тебя не обязывает, ты можешь встречаться, с кем хочешь. Моя цель – поступить в вуз, и мне некогда забивать голову вашими любовными делами. Если твои чувства ко мне настоящие, то я прошу их узаконить: надеть кольцо, и пусть весь город знает, что я твоя невеста. Меня не устраивает, что ты приходишь поесть и – до свидания! Я не ресторан «Астория».
Вот так я своими руками спровоцировала дальнейшие события.
В ближайший день своего рождения, а случился он спустя пару недель после того памятного разговора, о котором я рассказывала выше, мама, вернувшись домой, сказала:
– Приходил Артур, сын Маргариты, показал себя. Букет вручил. Видимо, у вас все-таки уже есть какие-то отношения?
– Почему? – смутилась я.
– Видно же, что он планы строит, виды на тебя имеет.
Мамино отношение к моему возможному браку с Артуром было сложным. С одной стороны, она очень расстроилась, когда узнала, что вместо поступления в вуз намечается свадьба, но, с другой стороны, ей было удобно выдать меня замуж, чтобы заняться собственной личной жизнью. Мама поделилась еще одним соображением, которое мне самой в голову не приходило:
– А если ты за Артура выйдешь, то тебя никто не упрекнет, что твоя мать не замужем и ведет слишком свободный образ жизни. Его мать такая же.
Вскоре появился Артур и сообщил маме:
– Я собираюсь жениться на Оксане!
Мама предложила дождаться восемнадцатилетия, но он ответил:
– Нет, восемнадцать лет Оксаны мы будем отмечать в нашем с ней доме, а свадьба состоится в сентябре. И я не против, чтобы моя жена поступала в институт заочно.
Вот это очень меня устраивало, я ведь не знала, что и эта моя надежда в скором времени рухнет.
Вскоре явились сваты – Маргарита, мать Артура, ее сестра Нонна и покровитель Маргариты, туркмен, с которым она жила. Мама и Джамал накрыли роскошный стол, удивив будущих родственников гостеприимностью. Встреча выглядела очень достойно, мама дала свое благословение на брак, и я стала частью семьи своего жениха. То есть это мне так представлялось. С тех пор я передавала Маргарите испеченные для нее торты, участвовала в семейных событиях.
Я вела себя так, как считала правильным, а ведь Джамал, который всю жизнь прожил в Мары, предупреждал, что с этими людьми не стоит связываться:
– Оксана, семья Артура неблагополучная! Один его дядя – алкоголик, другой – уголовник. Тетка в четырнадцать лет забеременела не поймешь от кого, с любовниками живет. А Маргарита и сына, и дочку на своих родителей бросила, а сама то замуж выходила, то с кем-то жила. Она со своей дочерью познакомилась, когда та уже в школу пошла! Ритка хоть работать начала: сожитель устроил ее в оптику. Она курсы окончила и теперь сидит стекла для очков выпиливает. Но вообще, семья оторви да выбрось!
Особого впечатления эти сведения на меня не произвели. Артур ведь рассказывал о том, как к нему мать относилась, так чего еще ждать? Да и какое это имеет к Артуру отношение? Он самостоятельный взрослый человек, он совсем другой.
Свадьба наша должна была состояться в сентябре, но незадолго до события умер отец Маргариты, дедушка Курбан. Ему было девяносто семь лет, он прожил хорошую жизнь, и мужчины-мусульмане сказали, что в таких случаях траур соблюдается не больше месяца. Однако Маргарита, которая меня уже невзлюбила, сумела оттянуть дату свадьбы до декабря. Моя семья и я не возражали: в их доме горе, нам не следует вмешиваться.
На похороны дедушки Курбана собралось человек пятьсот, я тоже была – в качестве судомойки в основном. Все пятьсот тарелок с поминального стола и перемыла. Заметив это, Риткин напарник из оптики сказал:
– Рита, замените девушку у раковины, она же заболеет от усталости. Это кощунство – заставлять ее столько работать!
Он ведь не знал, что такова моя судьба – много работать и мало получать благодарности.
А вскоре я собственными глазами убедилась в том, что Джамал не ошибался в своей оценке моих будущих родственников. В один из дней после похорон дедушки Курбана я пришла к матери Маргариты, бабушке Таисии. Семья Артура собиралась организовать поминки, поэтому я приготовила кое-что к столу. Бабушка была белоруска, старая уже женщина, мудрая и вызвавшая мое доверие с первой минуты знакомства.
Бабушка Таисия вышла к соседке по какому-то делу, и тут из спальни донеслись женские вопли. Осторожно заглянув в комнату, я увидела, что ругались Маргарита и Нонна, разбиравшие в шкафу вещи родителей. И что-то не поделили… Матерились они страшно, но на том дело не кончилось. Сестры вцепились друг другу в волосы, повалились на постель и принялись мутузить друг друга с такой яростью и ожесточением, что развалили кровать!
С тех пор про себя я звала Артуровых родственников
Никогда не видела ничего подобного. Да, моя мать могла поднять на меня руку, но драки между женщинами… это запредельно! Наверное, мне следовало уже тогда снять с пальца кольцо и объявить, что замуж в такую семью я не пойду.
