Две сотни лет одиночества… Две сотни лет, прожитых в сожалениях и тоске. В страхе перед прошлым и безразличием к будущему. Когда казалось, что ничто и никогда уже не заставит угрюмого отшельника выбраться из раковины самобичевания и обреченности, внезапно появился он. Враг, которого он должен побороть, чтобы познать свою истинную сущность. Противник, который сможет наконец-то придать смысл всей его жизни. Но что, если противник этот бессмертен и всесилен, виновник всех бед — самое родное ему существо, а главный враг на пути к победе — его собственный разум… Продолжает историю темного лучника из первой части (баллады). Может рассматриваться как вторая книга цикла, либо как самостоятельный этюд.
Когда все дороги как будто бы пройдены
И прошлое тянется бледною линией,
Как хвост кометы, летящей по небу,
Оставив место в душе лишь унынию,
Как калейдоскоп из мутных стеклышек.
Достать бы и выкинуть из иссушенной памяти
Напоминания о сотнях лет прожитых,
Стежки распустив на убогом орнаменте.
Высоких начал и греховных исходов
Последствия горестно перебирая,
Увидеть внезапно сквозь мрак безысходности
Смутную дверцу забытого рая.
Черту преступив между долгом и святостью,
Забыть вновь, что все ходы тупиковые,
Из сердца остатков, души израненной —
Острог возвести на пути злого морока….
— Да. Я действительно хочу попасть в Деревню, — медленно повторил темный эльф, замечая появившуюся в своем голосе дрожь.
— И ты осознаешь, что в Деревне могут находиться личности, представляющие угрозу жителям королевства Аден? — женский голос не выражал ни удивления, ни беспокойства.
— Вполне, — снова подтвердил свое намерение мужчина, еще крепче впиваясь пальцами в рукоять массивного серебряного лука.
Реши темный воин добраться до Деревни на своих двоих, он бы, конечно, подвергал себя меньшему риску, но дело казалось столь безотлагательным, что лучник не мог позволить себе терять ни дня.
Хранительница портала утвердительно кивнула, получив оплату за свои услуги, и тут же мир на время исчез. За секунду перемещения эльф почувствовал, как тонкие холодные руки нежно обняли его за шею, но он не успел вспомнить, чьи это были объятия, так как тут же оказался во мраке подземелья. Некоторое время потребовалось глазам, чтобы привыкнуть к темноте. Через пару минут эльф уже смутно мог разглядеть обступившие его со всех сторон черные своды и вытесанные в них фасадыдомов. От попытки посмотреть вверх голова его пошла кругом, и он чуть не потерял равновесие.
Темный эльф ежедневно навещал эту пещеру на протяжении почти двадцати лет, но теперь не смог ее узнать. Подземные норы и ходы, какими он их помнил, разрослись в огромный город с высоченными строениями. Мягкий голубой свет фонарей едва освещал туннели улиц. Лучник неуверенно блуждал между ними, пытаясь найти проход наверх, но все больше убеждался, что чутье никак не подсказывает ему верный путь. Немногочисленные обитатели подземного города шарахались от него; кто-то рассматривал собрата с недоверием, а кто-то даже показывал на незнакомца пальцем. Наконец он заметил ярко вспыхивающие разряды, уходящие под самые своды подземного грота. Он пошел на свет и вышел к центральной площади, где в яме покоилась известная ему фигура. Эту статую только начали вытесывать на дне котлована, найденного в недрах горы, когда он юношей покинул это место. Теперь это была огромная законченная статуя богини Шилен. Она почти полностью была накрыта решеткой, и только вознесенная к небу рука освещала площадь, постоянно выбрасывая под купол магические искрящиеся лучи. Пока лучник стоял на краю котлована, ошеломленный этим зрелищем, вокруг него начал сходиться народ. Эльф уж было порадовался, что среди собравшихся не было ни одного знакомого лица, и попытался протиснуться сквозь окружившую его живую стену, но тут чья-то рука больно схватила его за изувеченное запястье. Он обернулся: два холодных глаза пронзали его, и он, собрав всю свою смелость, открыто посмотрел в них, понимая, что незамеченным ему дойти до своей цели теперь не удастся.
— Я помню тебя подающим надежды мальчишкой, — низкий женский голос всколыхнул все воспоминания разом. Все, что так долго дремало, пытаясь исчезнуть в его подсознании, пробудилось, и темный эльф на секунду полностью растерялся.
Меж тем женский голос продолжал прорывать покрывало, плотно обволакивающее его мозг безмятежной пеленой все эти годы, десятилетия:
— Мы посчитали тебя мертвым, предали твое имя забвению.
Долгий выдох потребовался эльфу, чтобы взять себя в руки. Он еще более пристально посмотрел в знакомые глаза держащей его за руку немолодой уже женщины в длинном меховом манто и самым невозмутимым образом заявил:
— Мне нужно срочно поговорить с иерархом.
Лицо женщины исказила кривая усмешка:
— Раньше ты так его не называл. Так или иначе, ты знаешь, где его искать.
Его рука вновь была свободна. Лучник кивнул и еще раз огляделся, чтобы понять, в какой стороне может находиться выход. Пожилая эльфийка поняла его растерянность и снова горько усмехнулась, а затем указала ему на дальний свод пещеры:
— Выход там.
