– М-да, знатно тебя отделали, – задумчиво глядя на не го, произнес Гвинн. – Значит, ты решился сбежать таким образом? Быть забитым до смерти – довольно мрачный способ уйти, не находишь?
Снова, казалось, ничего не произошло, но черноволосый встал и, подняв один из упавших с подноса ножей, вскрыл себе вены на руке и безразлично протянул ее Маркусу.
– Не надо, я не хочу так, – сказал тот.
– Надо, – жестко ответил Гвинн, но тут же смягчился. – Поверь мне, ему все равно придется сегодня умереть, а так он хотя бы пригодится.
Через полчаса они вышли на улицу, переступив на пороге дома через труп Мистера. Гвинн лишь пожал плечами:
– Я увидел, что было в других комнатах, и не сдержался.
Маркус втянул свежий воздух, наслаждаясь им, хотя его и бил озноб, потом повернулся к Гвинну:
– Что вы сделали с Джеймсом?
– Ровным счетом ничего. О том, что было тут, он не вспомнит. Будет думать, что нечаянно убил и агента, и хозяина дома.
– На Вечных невозможно наложить забвение. Даже Истинным. Кровь все равно напомнит. Рано или поздно.
Гвинн усмехнулся:
– Ох… Никогда не применяй слово «невозможно» к Истинным. Наши предки правили этим миром задолго до того, как человек научился ходить прямо. – Маркус увидел, как блеснули и тут же погасли глаза Гвинна. – Я не могу изменить характер твоего Инициатора, личность не меняется, но на какое-то время он оставит тебя в покое. Езжай домой и подумай о вступлении в Легион.
Гвинн развернулся и начал растворяться в темноте улицы.
– Война, – вдогонку ему крикнул Маркус. – Они планируют развязать войну.
Гвинн, не оборачиваясь, махнул рукой. Потом остановился:
– Не волнуйся об этом, Маркус. – Он замолчал, будто взвешивая «за» и «против». Наконец решился: – Если хочешь, я могу стереть твои воспоминания об этом месте и о других, где ты бывал, о боли, что ты испытывал.
Маркус замер. Как же это было заманчиво – забыть все те ужасы, которые он пережил, всю грязь, через которую он прошел. Маркус закусил губу, чтобы не закричать «да», лишь усилием воли заставил себя отрицательно качнуть головой. Гвинн приподнял бровь.
– Пережить все заново, как в первый раз, если это снова повторится? Нет, я должен помнить, через что я прошел, ведь это делает меня тем, кто я есть сейчас.
Гвинн понимающе кивнул и растворился в ночи.
