— Адель, — перебила она её — ты не понимаешь того, что делается. Ты не любишь Джери и не хочешь замуж.
— Послушай, мы с Отти обо всём забыли и не общаемся.
— Придерживаешься принципа, что из-за одного правильного поступка разбитых сердец может стать меньше?
— Да.
— Иногда один неверный шаг может сделать несчастными сразу всех людей. Брак без любви — это утопия. Он будет несчастлив, потому что ты никогда не сможешь дать ему любовь. А вы оба… влюблённые. Будете несчастны еще больше.
— Мам!
— Адель! Я бы с удовольствием всё рассказала его родителям, чтобы не позориться потом на свадьбе.
— Я думала, что ты посоветуешь мне что-нибудь.
— Конечно, посоветую. Никогда не строй семью без любви, а если ты попытаешься это сделать, то я сделаю всё за тебя.
— Перестань! Я бы не стала ничего тебе говорить, если бы знала, что ты так к этому отнесёшься. Я выйду замуж за Джери. Отто для меня больше не существует. На этом точка.
— Это твои ошибки. Только если соберешься сбежать, то сделай это до свадьбы. Я не хочу, чтобы это случилось уже во время неё.
— Хорошо, мам.
— Ой, Адель, — приобняв её, ответила она — если бы ты знала, во что ты сейчас впуталась!
— Я разберусь сама.
— Хорошо. Но, прости меня за шантаж, если я хоть раз увижу твоё кислое лицо, я расскажу всю правду.
— Ты самая лучшая мама на свете.
— Естественно. Иначе и быть не может — улыбаясь, ответила она.
Для Аделии это был самый тревожный день в жизни. Джери поздравил её первый еще в шесть часов утра, после чего она так и не сомкнула глаз. Ей было страшно, потому что она знала, что после сегодняшнего дня, уже ничего нельзя будет повернуть обратно.
В восемь утра она пила на кухне чай, когда Джери вошёл к ней.
— Почему ты такая грустная? — сразу спросил он.
— Сделать тебе чай?
— Лучше кофе.
— Хорошо.
— Адди, ты не ответила на мой вопрос.
— На какой?
— На тот, почему ты грустная.
— Потому что мне сегодня двадцать.
Джери улыбнулся.
— А мне еще больше, но я же не расстраиваюсь.
— Просто это какой-то переломный момент в жизни. Не знаю. У меня на глаза слёзы наворачиваются.
— Скоро ты забудешь о своих глупостях.
— Почему?
— Потому что станешь моей женой. Кстати, Отто, наконец, позвонил — сменив тему, произнёс он.
Её щёки вспыхнули, но, она только спросила:
— И, как он?
— Вроде хорошо.
— Может быть, у него какие-то проблемы были?
— Он не говорил ничего такого.
«Тогда мне всё понятно» — пронеслось в её голове.
— А как у него вообще дела?
— Ой, Адди, не знаю. Он какой-то странный. Кстати, я ему напомнил, что у тебя день рождения.
— Зачем?
— У него настолько плохая память на цифры, что он даже про мамин день рождения не помнит.
— Я даже и не думала.
— Ну, так вот, он хотел тебя поздравить.
— И что же ему помешало? — спросила Аделия, наливая в его кружку кофе.
— Я.
— То есть?
— Я не разрешил.
— Как это понимать?
— Я не хочу, чтобы Вы так близко общались.
— То есть ты так и сказал ему?
— Нет, я сказал, что ты занята.
— Но, зачем?
— А почему ты так остро на это реагируешь?
— Я просто не понимаю тебя.
— Потому что я знаю Отто и его отношение к девушкам.
— Джери!
— Адель, прекрати! И хватит портить утро.
— То есть, это я его порчу? — раздражённо спросила она и ближе пододвинула к нему кружку.
— Скорее бы ты уже стала моей женой.
— Хорошая смена темы, Джереон.
— Ты давно меня так не называла.
— Потому что ты давно меня не злил до такой степени.
— Что в этом такого?
— Джери, ты не должен вот так вот контролировать всё и всех. Это неправильно и некрасиво. К тому же, я живой человек, а не робот.
— Я всего лишь не хочу, чтобы вы общались.
— С каких пор?
— Не знаю. С давних, наверное.
— Джери!
— Адель! Если ты не прекратишь, то я сменю свидетеля.
— Ты с ума сошёл?!
— Тише, дома всех разбудим. Просто мне так будет спокойнее.
— Ясно. Может быть тогда заодно и сменишь невесту?
На кухню вошла мама.
— Что у вас тут за скандал? — сразу спросила она и добавила, обняв дочь — Моя принцесса, с днём рождения тебя. Я просто хочу, чтобы ты знала, что я всегда буду рядом, что бы ни случилось. Желаю тебе быть сумасшедше счастливой, влюблённой и любимой. И, самое главное, чаще слушать своё сердце.
— Спасибо, мамуличка — ответила Аделия, обнимая её.
— Вы чего тут, ругаетесь, кстати? И доброе утро, Джери.
— И Вам доброе утро — спокойно ответил он — Давайте я сделаю Вам кофе.
— Спасибо, я сама.
— Мы не ругаемся, мам. Всё в порядке.
— Я, наверное, пойду, проветрюсь — неожиданно произнёс Джери и встал из-за стола.
— Знаешь, нет. Пойду проветрюсь я — оборвала его Аделия и вышла в коридор.
Быстро застегнув на себе босоножки, она побежала на улицу. Ей хотелось, как можно быстрее сбежать от всего, что происходит и томит её голову.