… И пришел рассвет!
Яркий-яркий!
Звонкий-звонкий!
А наглый заяц, лопоухий поганец, в наглую обжирал траву под брюхом «Нивы», демонстрируя то ли нездоровый пофигизм, то ли феноменальную непуганность!
Да еще и здоровый, зараза!
Шуганув серого камушком, разогрел гречку и принялся за завтрак, предвкушая, что оставшуюся часть дороги добью, если все будет нормально, часа за три, а там уже и цивилизация, глядишь, начнется!
Жаль, цивилизация так и не началась ни через три, ни через пять часов!
Просто, в какой-то момент, объехав уже изрядно подгнившее ограждение с остатками ржавой колючки, я подъехал к когда-то белоснежному названию города и встал, как вкопанный.
Встал, пытаясь понять, так что же все-таки не так?!
Не так с этой дорогой, через которую уже в наглую росли молоденькие деревца!
Не так с природой, выглядевшей так, будто последние пару десятилетий ее совсем не беспокоили люди, не так с воздухом, в котором висел странный привкус опасности и страха.
И, как назло, сеть в этом месте, совершенно не работала!
Заправившись «гематогеном», покатился по заросшей дороге.
Километр…
Три…
Семь…
Я на окраинах города!
Города, блин, призрака!
Пустые дома, с черными провалами выбитых окон.
Ржавые заправки.
Пустой аэропорт с похрустывающей под ногами, стеклянной крошкой…
Здоровенные собаки, провожающие меня настороженными взглядами.
Да что тут вообще случилось?!
На центральной улице – столпотворение битого автолома и развернувшийся поперек путей, бело-синий трамвай.
Мост…
Гм…
Творение далекого СССР пережило не только сам СССР, но и весь город!
Асфальт, конечно, так себе, но сама конструкция, как это не странно, стоит незыблемо, разве что в самом конце моста разошелся температурный контур, открывая провал в бурные воды, но…
Это-то меня точно остановить не сможет!
Переехав мост, оказался и вовсе в каком-то бредовом кошмаре!
Не будь полного привода – пришлось бы дальше тащиться и вовсе пешком, а так, пробившись через метровой высоты наносы грязи, снова выкатился с центральной, забитой грязью и кусками поваленных деревьев, улицы, на боковую.
Там тоже не очень быстро все получалось, но…
Еще поворот и, под радостный вопль – Помню ведь! – выехал на дорогу, ведущую к моему любимому по детству, волшебному в памяти, месту!
Проехав мимо так и застрявшего на выезде из депо, еще советского, квадратного, трамвая, вздохнул с облегчением.
Жаль, недолгим…
Дорога – осталась, а вот домов вокруг нее – нет!
А ведь я точно помню обычные, серые, пятиэтажки-панельки!
«Н-да-а-а-а… Может, все-таки стоило свериться с картами, да и вообще, глянуть, как тут история развивалась за последние сорок-то лет моего отстутствия!»
Чуть не сбив перебегающую в неположенном месте, здоровенную собаченцию, начал понимать, что случилось что-то не только ужасное, но и… Так до сих пор и не исправленное!
Еще два километра и, вместо привычной по детским воспоминаниям плотины – огромная дырка на ее месте.
Вместо белых стен – прокопченные и блестящие стеклом, скалы!
Добравшись до автобусного пятака-конечной, вышел из машины вздрогнул – на месте бывшего водохранилища – глубокое каменное корыто, по дну которого снова катит свои воды по привычному руслу, старина-Иртыш!
Привычно поискав взглядом тропинку, не нашел и распался туманом, чтобы собраться на вершине горушки, с которой было так мило и одухотворенно любоваться водной гладью.
А теперь…
Теперь тут стоял тяжелый гранитный валун, к которому на четыре костыля была прибита стальная пластина с надписью на трех языках…
- Слушай… - Заря склонилась надо мной, поправляя одеяло. – Все образуется! «Ниву» твою мы отмыли, тебе сейчас переливание сделаем, еще разика три-четыре, и будешь ты снова огурчиком!