С: Урон огнём. Получен урон 1 ОЖ.
Дух огня? Запоздало раскрыл глаза, переходя на нормальное зрение. В темноте действительно тлел небольшой огонёк. Присмотрелся – «Малый дух огня». Не задумываясь, выхватил из инвентаря кусок угля и медленно поднёс его к огоньку. Он выпустил крошечный язычок пламени и потянулся к угощению, неуверенно, как будто принюхиваясь. Отдёрнулся и потянулся снова. Лизнул край, потом, решившись, прильнул к нему и начал, не торопясь, переползать на мой кусок угля, который уже начинал краснеть с одного бока, разгораясь всё сильней. Вот уже весь уголь раскраснелся, по нему побежали язычки пламени, но я не решался бросить его в горн. Держал горящий уголь на раскрытой ладони, как самое большое сокровище в своей жизни, не в силах оторвать от него взгляд. Ладонь начало нещадно жечь:
С: Урон огнём. Получен урон 1 ОЖ.
С: Урон огнём. Получен урон 1 ОЖ.
С: Урон огнём. Получен урон 1 ОЖ.
Было больно, но когда хотел сбросить уголь с руки, мне становилось страшно, что если брошу сейчас, то потеряю что-то ценное навсегда. И я терпел. Когда оставалось две единицы жизни, уголь рассыпался чёрной золой, а над ладонью завис язычок яркого рыжего пламени.
С: Поздравляем! Вы приручили Малый дух огня!
Заботьтесь о вашем домашнем духе, и он будет заботиться о вас. Регулярно подкармливайте вашего духа, и в вашем горне всегда будет огонь. Присматривайте за жилищем вашего духа (горном либо печью), и дух всегда будет в вашем доме.
Удивлённо уставился на огонёк.
– Так ты, получается, домовой?
Не знаю, понимал ли дух мою речь, но вроде как даже утвердительно кивнул огненным язычком.
– Тогда тебе надо дать имя. И как тебя назвать? Кузя? Или Нафаня? Может, Огонёк? Нет. Не то. Мой единственный источник света, которого мне всё это время так не хватало. Та маленькая искра, с которой я не разбил бы себе столько раз голову в том проклятом туннеле. Буду звать тебя Искра. Будешь искрой моей надежды…
И дух опять отозвался. Он спрятал язык пламени, сжался в небольшой огненный комок у меня на ладони и тихо замерцал, как мерно тлеющий уголёк. Искра всё так же лежала на ладони, но урона от огня больше не было, а руку приятно накрывала тёплая волна. Несмотря на весь абсурд ситуации, для меня картина была по-своему трогательная. Будто совсем маленький котёнок свернулся клубочком и тихо сопит на моей ладони.
Наклонился к горну, стараясь не делать резких движений. Выгреб золу и пыль, аккуратно сложил в маленькую пирамидку пять углей и поднёс Искру. Дух лениво выпустил рыжий язычок, лизнул верхний уголь и снова перетёк в своё лакомство. Причём перетёк именно не на уголь, а в уголь, как вода в губку. Тот начинал краснеть и желтеть по краям, по граням проскакивали маленькие рыжие сполохи, с лёгким треском отлетела искра. За верхним куском пошли заниматься и остальные. Пламя понемногу разрасталось, окутывая всю мою конструкцию. И вот передо мной уже пылал маленький костёр, игравший редкими язычками пламени. Протянул руки к огню – ладони окутало приятное тепло. В кузнице было куда как прохладней, чем в моём первом туннеле, выходившем на солнечный берег.
Погрев руки, ещё раз осмотрелся. Света мой костёр давал совсем мало, но нельзя передать словами, как радовался глаз, видя окружающий мир в тёплых отсветах огня, а не в однообразном сером отражении. Для глаз, давно привыкших к полному отсутствию света, этот костёр был как прожектор, в свете которого я видел вполне отчётливо.
Прямоугольное помещение метров десять на пятнадцать с высокими потолками не меньше трёх метров в высоту. Примерно четверть объёма завалена землёй, обрушившейся со стен и потолка, перемешанной с кусками кладки. Местами из земли выглядывали обломки каких-то балок или деревянных конструкций. В одном из углов отвал доходил чуть не до потолка, а ближе к центру кузницы он был где по колено, а где по пояс. Единственный полностью уцелевший кусок стены был рядом с горном, и небольшое пространство в радиусе трёх-четырёх метров от него осталось относительно свободным. Как ни странно, но рядом с горном не было наковальни, впрочем, как и любых других кузнечных инструментов. Надо будет здесь покопаться, наверняка под завалами что-нибудь да осталось. И за материалом для новой лопаты далеко ходить не надо, тут всего навалом. Только нужно придумать, куда выгребать ненужную землю.
Вышел обратно в коридор и продолжил исследование подземелья. Через три десятка шагов коридор опять начал превращаться в лаз. Левая стена полностью обрушилась, и проход засыпало больше чем наполовину. Наверно, моя кузня была крайней в ряду каких-то помещений, которые завалило просевшим грунтом. Пробравшись по изувеченному коридору довольно далеко, всё же упёрся в непроходимый завал. От лопаты оставалось не больше десяти процентов прочности, сытость была близка к нулю, и я пока решил остановиться на расчистке своего нового жилища.
