За аркой раскинулся грандиозный квадратный зал, длина стен доходила метров до ста. Высокие своды, ниши для статуй с грудами щебня на полу, остатки каких-то других элементов декора. Прямо на моём пути стояла каменная статуя гнома в мантии. В одной руке он приподнимал перед собой большой каменный шар, на который и был направлен его взгляд; в другой руке, отведённой немного назад и в сторону, статуя сжимала посох, покрытый изысканной резьбой. Работа была на загляденье, всё проработано до мельчайших деталей. Наверно, это статуя какого-нибудь великого подгорного мага или жреца. Думается, настолько великого, что её поставили на самом видном месте встречать посетителей.
Дальше по залу нашлось ещё около четырёх десятков разнообразных гномьих статуй, выполненных не менее изящно. Тут были и крепкие воины в не менее крепких доспехах, сжимавшие в руках устрашающего вида топоры и секиры; и именитые ремесленники с кузнечными молотами, клещами, зубилами и молотками; и рудокопы, нёсшие свои кирки, закинув их на плечо; и просто приличного вида гномы – хорошо одетые, с аккуратно уложенными либо заплетёнными косичками бородами. И все они шли к противоположной от входа стене, где была композиция из ещё пары десятков гномов, над которыми на постаменте возвышался огромный каменный трон, на котором восседал царь. Ну, если судить по короне на его голове.
В небольшом отдалении от стен были расставлены каменные лавки той же тонкой работы. Валялись груды щебня и мелких обломков, скорее всего, оставшиеся от статуй, которые когда-то стояли в частых нишах, и декоративных элементов, когда-то украшавших эти стены. Метрах в двадцати перед «царской» композицией из пола торчал высоченный, не меньше трёх метров в высоту, обелиск с восемью гранями, по форме напоминавший гигантский кристалл, вбитый в каменный пол. Рядом лежал отколовшийся от него кусок: больше метра в длину и на глаз под сотню килограмм веса. Стоял этот обелиск странно, прямо напротив трона.
Вблизи скульптурная группа у тронного постамента оказалось тоже произведением искусства: могучие коренастые фигуры, вычурные изысканные доспехи, аккуратно заплетённые косы в длинных бородах, возмущённые рассерженные лица и руки, застывшие в характерных взмахах. Эти немолодые и богато одетые гномы определённо о чём-то жарко спорили.
Двое могучих воинов с закреплёнными на поясе боевыми топорами крепко держали за руки перед троном тщедушного старого гнома в одной набедренной повязке с длинной нечёсаной бородой. У его ног лежала разбитая каменная доска. Один из стражников что-то орал в ухо этому, вероятно, подсудимому. Какой-то важный надутый гном тоже застыл с открытым в крике ртом, указывая пальцем себе за спину в сторону боковой стены; на стене можно было заметить обломки от целого ряда огромных каменных панелей, исписанных рунами. Наиболее крупный фрагмент был самым первым в ряду, если считать от входа, так что пришлось вернуться в начало зала.
На каменной доске с огромной тщательностью были выбиты какие-то письмена, на вид как что-то среднее между китайскими иероглифами и скандинавскими рунами. Сам фрагмент оказался верхней частью панели с несколькими строчками рун, остальное было рассыпано по полу мелким крошевом. Эх, жаль, я не умею читать на гномьем. Наверно, тут были имена славных воинов и мастеров, или описание славных побед и походов не менее славного царя. На самом деле я бы сейчас с радостью почитал что угодно – хоть славное, хоть бесславное, но увы... Подошёл к стене, смахнул рукой пыль с остатков каменной скрижали. Всмотрелся в объект истинным зрением, так и не решившись за всё это время выпустить Искру и засветиться.
С: Внимание! Способность «Истинное зрение» достигла уровня 11.
А в голове вдруг появились слова. Не голос, а именно слова. Ощущение было такое, будто вспомнил кусочек рассказа или стихотворение. Я опешил. Получается, моё Истинное зрение, позволяя узреть за формой содержимое, может увидеть и информацию, воплощённую в рунах? Гениально! Снова всмотрелся в письмена.
