Откуда-то сверху послышались шорохи и возня, и эльфийка насторожилась. Она быстро спрятала часть артефакта в свою сумку и начала спешно подниматься по восстановившимся ступеням. Достигнув вершины подъема, она вышла не сразу, а притаилась, выглядывая наружу.
Луна зашла за плотные облака, так что в лесу ощутимо потемнело. В кустах и за деревьями, окружавших руины, что-то зловеще шевелилось.
“Незваные гости — подумала она, — и как их угораздило так вовремя подгадать момент?”
Выхода особо не было. Если это недоброжелатели или расхитители сокровищниц, а она не сомневалась, что это они, то твари будут поджидать ее день и ночь, пока она не сдастся, или не погибнет от голода внутри. Но во втором случае их шансы заполучить магическую безделушку резко снижались. Стражница не дремлет, как и огоньки.
Такие вороватые стайки давно действовали по незамысловатой схеме — они разбивали лагеря неподалеку от таких магических строений, оставляли нескольких особо скрытных и ловких товарищей следить за поляной, и просто ждали, пока какой-нибудь особенно смелый путник сможет открыть проход.
Потом они отбирали священные предметы, и если не знали, что с ним делать, то просто выменивали их в странствиях у других народов на драгоценности или золотишко. А его в свою очередь — на всякие непотребства. К примеру алкоголь, оружие и рабство женщин.
Находки им попадались не очень часто, но поколения расхитителей это не останавливало. Питались они лесными зверушками, пили ключевую воду, а большего им и не надо было. Лишь азарт и чувство загнанной эльфийки заставляло кипеть их кровь. Зачастую расхитителями гробниц выступало орочье племя — они давно помышляли разбоем, с тех пор, как они повально обосновались в лесах.
Эльфийка напряженно вглядывалась во тьму, и ее глаза понемногу привыкали к сумраку. Теперь деревья приобрели отчетливые очертания, и кусты не казались смутными черными пятнами. Но прятались разбойники хорошо. Она больше не слышала их возни и голосов, однако не сомневалась в том, что несколько десятков глаз сейчас уставились на выход из подземелья.
Мысленно она возвела мольбы к богиням. Ноги уже устали от неудобного положения вприсядку, и она с горечью поняла, что не сможет далеко убежать. Но где можно укрыться? В незнакомом лесу, в ночи, где все тропы настолько схожи, что легко заблудиться? Эти разбойники, скорее всего, знают округу, как свои десять пальцев, и поймают ее в два счета. А там получат и украшения, и оружие, и женщину.
Она поежилась от невеселых мыслей, и начала тихонько отстегивать плащ, чтобы он не мешался в побеге. Сложила его в утяжелившуюся сумку, и в голове мелькнула мысль о черном озере. Если она сумеет найти к нему дорогу и скрыться на противоположном берегу, у нее будет немного времени, чтобы отбиться или спрятаться. Хотя бы на дереве.
Эльфийка почувствовала, как от страха учащенно бьется ее сердце, и мысленно попыталась успокоиться, вспомнить свой путь от озера. Троп на подходе не было, и в свете солнца все выглядело совсем иначе. Отсиживаться ей не хотелось. Даже просьбу о помощи никак не передать — посыльный сокол давно не появлялся.
Она спустилась на несколько ступеней ниже, чтобы встать в полный рост незамеченной и размять ноги. К руинам никто не приближался — все опасались гнева Богинь и тайной магической защиты, которой окутывало пространство. Поэтому погоня за ней начнется только у кромки леса.
Она сделала несколько глотков воды, размялась, плотно закрыла суму и проверила ткань на ступнях — прохудившаяся, она рисковала развалиться в побеге. Но делать нечего. Лэниэль снова поднялась на предпоследнюю ступень, напряглась всем телом, как кошка перед прыжком, и ринулась вперед по поляне, по ощущениям выбирая направление к воде.
Воздух затрясся от криков, воплей, лязга металла. Она бежала вперед, не разбирая дороги, ветки били ее по лицу, волосы разметались, больше не сокрытые капюшоном, и теперь были лакомым кусочком для преследователей. Девушка петляла, чувствуя, как зловоние наступает ей на пятки, и оторваться не получалось. Страх и отчаяние сковали ее разум, ведь она могла попросту не найти нужную дорогу. Лэниэль даже не пыталась обернуться — каждая заминка могла стоить жизни. Камни с силой врезались в тонкую ткань, обмотанную вокруг стоп, и она была уверена, что ноги уже давно кровоточат.
Дыхание сбивалось, легкие жгло огнем, и отчаянно хотелось упасть на землю. Осознание пришло слишком поздно — путь до озера лежал на протяжении нескольких дней пути, и ей никак не успеть. Крики позади все распалялись, звучали веселее, предчувствуя, что девушка уже в их руках.
С замиранием сердца она услышала впереди стук копыт по влажной земле — и навстречу ей выскочил знакомый олень. Девушка едва не столкнулась с ним, и он слегка склонил передние ноги к земле, как бы приглашая ее взобраться. Не раздумывая, она вскочила на него верхом, цепляясь руками за шею, ощущая непривычно грубую шерсть дикого зверя.
