В ее снах праотцы и Богини оживали, словно картины в книге сходили с пожелтевших страниц. В окружении дивных лесов, сквозь кроны которого на земли падали золотые лучи, парили величественные девы. Шеал зачарованно оглядывалась, делая несмелые шаги к ним. Ноги были ватными, путались в подоле белой сорочки, ветки похрустывали под босыми ступнями. Ленара, подлетев к ней поближе, взяла ее руку бестелесным касанием ветра.
— Страх разрушает твою душу. Будь сильной, милая. Будь смелой и отважной, как Марон. Богини благословляют твой народ, но ваша победа зависит не только от вас. Ты должна найти Лэниэль. Передать ей это…
Шеал сомкнула ладонь, чувствуя что-то увесистое на ней. Но когда разжала пальцы, чтобы посмотреть на предмет, все исчезло, превратившись в ослепительно белый туман.
Эльфийка тут же проснулась, руками пытаясь отыскать таинственный артефакт, но безуспешно. Ткань постели оказалась пустой и безразличной. Она почувствовала себя так, словно потеряла что-то очень значимое, что-то, способное сыграть решающую роль в ее судьбе.
Не выдержав переполняющих эмоций, она закрыла лицо руками, чувствуя, как слезы срываются вниз, ниспадая водопадом на ткань ее наряда.
Все шло не так. Отвратительно и неизбежно к ним шагала смерть, не сворачивая с пути. Раньше эльфы всегда выходили из боя победителями, отстаивая свои земли. Выходили с ранами, ссадинами и смертями товарищей, но жизнь рано или поздно продолжалась. Но в этот раз все было иначе. Силы их иссякали, численность сокращалась. Солнце клонилось к закату.
Марон, бесспорно, был смелым, но червь страха за сына был сильнее веры в него. Чувствуя нарастающее беспокойство, она больше не смогла уснуть, поэтому направилась в молитвенный зал.
Он был расположен в центральных подземных залах, так что Шеал прошла несколько лестничных пролетов вниз, прежде чем отворила тяжелые дубовые двери. В залах беспрестанно горел камин и свечи, расположенные в выемках стен и в свисающих с потолка круглых железных канделябров.
Служанка робко прошла по ковру прямиком к каменной статуе Ленары и опустилась на колени. Камень утопал в полумраке и выглядел зловеще, особенно глядящие в пустоту безликие зрачки, но она лишь прикрыла глаза, отгоняя от себя поднимающееся чувство тревоги. Сомкнутые у груди руки перестали дрожать. Теперь лишь ее губы безмолвно шептались с духами, вымаливая защиту и спасение.
*** *** ***
Лэниэль готовила свой наряд для путешествия. Не следовало бы привлекать лишнего внимания, поэтому о броской броне гвардейца можно было забыть. Холщовая грубая ткань серой рубашки заменила нежное прикосновение шелка, расшитого цветочными орнаментами и листьями. Громоздкие нагрудник и наплечники с выпирающими элементами пришлось сменить на более скромный вариант, который хорошо скрывала одежда. Правда эта броня была не из металла, а из органической ткани, не лишенной прочности. Расшитые тренировочные галифе с креплением для ножен и металлическими защитными вставками заняли свое место на полке.
Ничем не примечательные штаны на замену оказались чуть большими, так что их пришлось подпоясывать.
Обувку ей выделили со складского армейского шкафа — лучший вариант для неизвестных и сложных погодных условий. Они удобно закрывали голень, где крепился тактический нож.
Шлем пришлось оставить там же — яркий выдающийся крик приближенности к королеве.
Эльфийка оглядела себя в зеркало — впервые за долгое время вне формы гвардейца. На нее смотрела девушка среднего, по меркам ее народа, роста; сейчас, в обычной потасканной одежде, скрывающей природную изящность, она пыталась привыкнуть к новому образу. Военная выправка и осанка, вероятно, могли броситься в глаза, она попыталась расслабиться.
Маленьким маячком, выдающим ее происхождение, висел кулон на груди. Она спрятала его под одеждой, а затем начала поправлять темные волосы с небесным отливом, прикрывая чуть заостренные кончики ушей. Волосы пришлось закрепить тонким серебряным обручем. Зеленые глаза, как и у сестры, были на тон темнее, с болотным оттенком. Ресницы и брови тоже были темными — довольно необыкновенная внешность для светлых эльфов, но неизвестно как на нее будут реагировать обитатели леса. Надо было скрыть кончики ушей, которые выдавали ее происхождение.
Девушка и сама не до конца понимала, почему должна соблюдать такую скрытность, ведь ей придется уговаривать разные народы присоединиться к эльфам — прямым текстом. Но спорить с указанием Нави не стала. Вероятно, не все народы были так уж дружелюбно к ним настроены, и придется вначале изворачиваться, чтобы прощупать отношение собеседников к ее происхождению.
Длинные волосы она заплела в косу и надела накидку с капюшоном, полностью покрывая голову. Теперь девушка в отражении совсем преобразилась. Она улыбнулась самой себе очень хищной ухмылкой, и занялась сбором остальных вещей.
