– Не спешиваться, – увидев, как Савлентий спрыгнул с жеребца, – скомандовал десятник. – И постарайтесь не шу…
«Воздушный кулак» выбил его из седла. Лошади взбрыкнули. Тех ударов сердца, в течение которых светлые пытались усмирить животных, деду хватило, чтобы сбить обоих седоков с лошадей. Пока Савлентий возился с поясом Софьи, Лоя, выдернув клинок из ножен одного из воинов, срезала веревки с завязанных рук Ровного.
– Дед, а они живы? – Яля растерянно смотрела на лежащие тела.
– Живы, конечно, – не отрываясь от пояса, ответил Савлентий. – Ты лучше попробуй кандалы с Софьи снять. – Дед откинул цепь пояса в сторону.
Возня с поясами заняла около пятнадцати мер, за это время шум битвы на опушке стал стихать.
– Ну как у тебя? – откинув пояс Фалны, оказавшийся последним, спросил дед.
– Не могу, они всю силу в себя забирают.
– Все правильно, перед тем как снять, надо накопитель наполнить или просто цепь перерубить. Ладно, потом снимем. Давайте-ка уходить отсель.
– Дело говоришь. – Рамос заканчивал привязывать к луке седла снятое с воинов оружие.
– Давай, Ровный, веди всех, я тут чуток задержусь. – Дед достал из сумки испещренную резьбой палочку. – А ты чего стоишь?
Яля прижалась к своей кобыле.
– Так там же дядя Римик.
– И что? Быстро догоняй всех. Этот пентюх и себя погубит, и тебя не сбережет. Доверю я внучку этому ушастому! Бегом!
Когда лошадь Яли почти исчезла из видимости, дед подошел к одному из тел и присел рядом. Положил руку на лоб.
– Эк, как неловко-то я, – вздохнул он, положив на грудь воину недорезанную палочку.
– Как так вышло, что с ними оказались простые одаренные? – Римик стоял над телом мертвого воина.
– Так… всем, кто с жезлами, дали команду встречать исварцев. – Десятник виновато опустил голову. – А у нас сильные маги – с жезлами. Разворачиваемся сюда?
– Нет. – Магистр наклонился и поднял испещренный узорами деревянный предмет. – Мы тут дня два кругами бродить будем, возвращаясь на это же место. Едем дальше.
Лицо эль Римика передернулось, когда он представил гнев Аргеена. Посмотрел на сидящих у стволов деревьев воинов. Возникло желание снести им головы, даже несмотря на то, что таких человек десять надо, чтобы с Савлентием справиться. Да и то сомнительно. «Нет, вдруг произойдет чудо и эль Камен сбросит первый пар на вояк?» Магистр отогнал мысли о неминуемом наказании.
На следующей стоянке все, кто не стоял на страже и не участвовал в приготовлении обеда, практически сразу уснули. Собственно, на охране остались я, Сеулон и никогда не спящая троица нежити, а обед готовили… ну как готовили – нарезали остатки позавчерашнего мяса – Нейла и Катла, не отходящая от моей возлюбленной ни на шаг.
– Слушай, Ровный, – присел рядом со мной Дайлон, держа в руках карту, – я когда-то раньше бывал в этих местах. Вот здесь, – он ткнул пальцем, – должна быть старая крепость. Развалины, конечно, но вам, как и лошадям, передохнуть надо. Места довольно глухие.
Я посмотрел на точку, указанную личем.
– Тут же излучина реки, случись что, и уйти некуда, да и в стороне от нашего пути.
– Нет, не в стороне. Нам все равно на тот берег надо, а ближайший мост в половине дня езды, за крепостью. Ну а уйти… Да сколько можно бегать? Дай хоть раз мужикам возможность оплеух кому-то надавать для поднятия боевого духа, – улыбнулся Нирт. – Да и вряд ли кто-то здесь бывает.
– Можно. Почему нет? Пусть с часть вздремнут, а там и выдвинемся.
– Что с девчонкой делать думаешь? – Дайлон аккуратно свернул карту и спрятал в кожаный тубус.
– Оставим в каком-нибудь селе.
– Ага. Ей парни местные рады будут. Миленькая.
– Ну это уже ее проблемы. Ты-то что переживаешь? Понравилась?
– Ну да, неплохая была бы жертва, – пошутил в ответ лич.
А может, и не пошутил.
– Фу, Дайлон. Такую-то красоту? Спроси, может, она тоже личем стать хочет? Кстати, а бывают женщины личи?
– Говорят, бывают, только я точно не встречал. Чтобы стать личем, нужна сильная искра. Очень сильная. Во время обряда необходимо выпустить много темной и светлой маны. А у женщин искра редко бывает настолько большой.
– Как-то раньше я не задумывался насчет гендерных различий в магии. Значит, женщины, говоришь, слабее?
– Не совсем так. Они… как бы сказать… одинаковые. Если женщина одарена, она обычно не бывает особо сильным или особо слабым магом – средний маг. А вот в мужской части магического сословия встречаются одаренные, которые вообще магию не видят. Но, опять же, и очень сильные попадаются чаще.
– Слушай, а вот мне Лекам, дядя Нейлы, рассказывал, что в личей превращались преимущественно слабые маги, чтобы стать сильнее.
– Это общее заблуждение. Раз все личи очень сильные по причине того, что слабые не могут ими стать, народ думает: вот стану личем и силы будет немерено.
– Понятно, не следствие, а причина.
– Вы с Саймолом не у одного мага учились? Больно речи похожи!
– У одного. У его деда.
– А, ну да, забыл.
Я потер слипающиеся глаза.
– Ты бы тоже вздремнул, – ухмыльнулся Дайлон, вставая.
– Не-эт. Потерплю.
