Я повернулся, кажется, ее звали Коэринелла. Она была постарше меня кругов на пять. Я поставил кружку на перила и взял у нее два ворочающихся серых свертка, которые мы чудом смогли вынести из Темных земель. Клыков у темных эльфят не было, да и зубов, наверное, тоже. Но смуглость кожи говорила о месте их рождения. Да и клыки мамы не оставляли вариантов.
– Вот это – эльфийка, а вот это – эльф, – зачем-то разъяснила она мне. – Как думаешь, как их зовут?
– Не знаю.
Эльфийка молча смотрела на меня большими серыми глазами, вынуждая ответить ей по-другому:
– Ну вот она, наверное, Галадриэль, а он – Леголас, – угадывать я в принципе не пытался, так, сказал, что первое в голову пришло.
– Красивые имена. А что они значат?
Я пожал плечами.
– Спасибо, Гэлоне. – Она аккуратно забрала у меня детей и пошла в дом.
Разминувшись с ней, на крыльцо вышел Энурлен.
– Ну вот, одной заботой меньше, – сощурив глаза, улыбался он. – Только я бы на твоем месте эльфийский немного подучил.
– Не понял.
– Раньше ко мне приносили детей называть, а теперь к тебе будут.
– Это, значит, я их сейчас… Некрос…. Подскажи пару ваших нормальных имен, я переназову.
Глава рассмеялся:
– Уже поздно. Вот если бы ты отказался или она что-то сказала после просьбы, тогда да.
– Но я сначала отказался!
– Тсс, никому не говори, обидишь. Она хорошая эльфийка, только без мужа осталась. Не вникай пока в наши обычаи. Найдет что-нибудь созвучное с древнеэльфийским, да и имена красивые. Сам придумал?
– Нет. История одна есть про эльфов.
– Расскажешь?
– Не сегодня, длинная очень. Готовиться к выходу надо.
– Можешь не переживать, тебя сейчас половина эльфов готовит. Вторая у мэллорна бдит.
Похоже, мысли о полубоге начали воплощаться в жизнь.
– Это из-за легенды?
– Ну и это тоже. Хотя в основном из-за меллорна. Большая часть из наших эльфов не видела его ни разу, а тут ты.
– Я же не один.
– Ну да, поэтому вторая половина и ушла за Нейлой.
Не то чтобы было неприятно, где-то внутри грыз червячок тщеславия, но в то же время довольно неудобное положение.
– А что значит «Гэлоне»?
– Растящий.
Мимо нас прошли четыре гнома с сумками и при полной амуниции, каждый чуть ли не поклонился. Они и раньше относились ко мне с уважением, но не так.
– Чего это они? – спросил я, когда крепыши отошли подальше.
– А вот это уже легенда.
– В смысле?
– Кальд послал на разведку гор.
– Все равно не понял.
– Наши легенды плотно переплетаются, вот гном и решил, что раз ты смог вырастить новый Лес, то и место для нового жилья гномов где-то рядом.
– Ну так понятно, вон горы, вот крепость, живи себе.
– Там у них тоже не все так просто. Кроме руды и остального, им еще нужно единение с горами. А таких гор почти нет. Если найдут, поверь, начнется массовое переселение. Тем более что сейчас война, и до скалистого куска земель никому нет дела. Ты не заметил, что вас в лесу гномы охраняли? Мы чуть за мечи не взялись. Даже купол над вами ставить пришлось, чтобы не отвлекать.
– Не то слово – массовое, – раздался сзади голос Кальда, он вышел с двумя кружками, одну протянул Энурлену.
Видимо, все острые вопросы решили еще ночью.
– Если легенда сбудется, сюда тысячи гномов придут, только бы найти.
– Что искать-то?
– Силу Торна. Вам не понять.
Углубляться в религиозные дебри гномов я не стал, тем более что ко мне подскочили два эльфенка кругов десяти и, спросив разрешения у Энурлена, поинтересовались качеством стрел в их руках. Я похвалил, повертев одну, тем более что, на мой взгляд, она была идеальна. Парни оставили мне стрелы и со счастливыми лицами убежали к гномату их возраста, поджидающему в отдалении. Что-то ему проговорили, он важно кивнул и направился в сторону кузни.
– Кривоваты, конечно, – произнес глава, – но молодец, что не обидел. Они старались.
– Согласен, наконечник тоже не очень, мы потом тебе другие дадим. – прибавил Кальд.
– С моей способностью стрелять из лука я уж лучше эти возьму, может, они счастливее будут.
Поняв, что фраза двусмысленная, поправился:
– И дети, и стрелы.
– Жикатака рока рыыняка.
Я не сразу понял, чью речь, звучавшую, как абракадабренная скороговорка, услышал сзади. Но через пять ударов сердца мимо меня пролетел Торка, а за ним его самка.
– С самого утра как с ума сошли, – пояснил происходящее Энурлен. – Пытался узнать у него, за что гоняет, – ничего толком не понял. «Ширкла, – говорит, – ругаться. Торка – месть».
У меня стали закрадываться смутные подозрения по поводу причины гнева самки Торки, но я отбросил их как сумасбродные.
– Слушай, Кальд, а у вас нет металла, чтобы не ржавел?
Гном мрачно посмотрел на меня, похоже, я затронул какой-то секрет.
– Зачем?
– Тут, понимаешь, Новера у меня знатно потрепали, а в одном месте узнал… – тут я сделал паузу, – что, если вместо ребер поставить такие же металлические, они могут прижиться.
Гном выдохнул:
– Лучше деревянные после укрепления эльфами. Завяжут плетения на искру, и они еще Новера переживут.
Напившись со старейшинами отвара, рванул искать Разу. Нашел у Новера, где они с Нейлой и темным эльфом зависли над хасаном.
– Раза, – почему-то шепотом позвал ее.
– Что? Да ты заходи.
