<p>В больнице номер тридцать шесть</p>В больнице номер тридцать шестьЕсть всё, что нужно для больницы:Есть гардероб и пальмы есть,Журналы, «Жёлтые страницы».Везде комфорт, везде уют,Сияют лампы мягким светом,Буфет сравним по видам блюдС номенклатурным спецбуфетом.Полы начищены — блестят,На окнах шторочки льняные,В стерильных койках шелестятРазличной степени больные.Вот только мрут, не перечесть —Лечить никто их не умеет,Но для больницы тридцать шестьСей факт значенья не имеет.<p>Великий страдалец</p>Сколько выслушать всего довелось,Мол, в стихах твоих «ни правды, ни света»,«Не умеешь — не берись», «лучше брось»,«Что угодно делай, только не это»…Я за спесь плачу кредиты сполна,Я до пены загоняю Пегаса,А в меня летят потоки говнаВ форме критики «высокого» класса.Но пока с горы не свистнет мой рак,Для меня ваш едкий трёп — не преграда:Как не надо — знает каждый дурак,Да никто, увы, не знает, как надо.<p>Возрастное</p>Лишь только я душой простился с детством,И взрослый мир открылся страшным сном —Как в творчестве запахло декадентствомИ прочим малорадостным говном.И что бы я уже ни делал после,Пытаясь обмануть себя в душе,Стенанья расплодились и примёрзлиКаскадом отвратительных клише.И лёгкость слов утрачена навечно,И только тем забита голова,Что радость коротка, а жизнь конечна —Тем, что и так для всех — как дважды два.<p>Встреча</p>— Это ты? — Это я… — Не узнал! — Не беда.— Как дела? — Хорошо. Замечательно.— Где живёшь? Как семья? — Я ушёл… — Навсегда??— Навсегда. Насовсем. Окончательно.— Ты работаешь? — Нет… — Почему? — А зачем?— Ну а как же карьера? Стремления?Хочешь дельный совет? — Я советы не ем.— Я по дружбе, дурак… — Тем не менее.— Так, выходит, ты счастлив? — Выходит, что да…А к чему мне пустые страдания?— Мне туда, а тебе? — Мне совсем не туда.— Ну пока, будь здоров… — До свидания.
