В отличие от филатовской предвыборная программа Николайчука просто фонтанировала фантастическими обещаниями. Он тонко почувствовал, что избирателям неинтересны сухие экономические выкладки, и обещал все и всем: городским Советам - местное самоуправление, покупателям - экологи-чески чистые продукты, коренному населению - закон об охранном природопользовании, ветеранам - внеочередные квартиры "на материке", всем - счастливую жизнь, высокую зарплату и отмену трудовых договоров. Ничего из того, что волновало людей, он не оставлял без внимания. В сущности, Вадим Николайчук был первым настоящим популистом в политической истории Большого Норильска.
Кто поставил Филатова на колени
Конечно, о политической рекламе тогда никто и слыхом не слыхивал, но Николайчук "побивал" Филатова даже в мелочах: например, одним из доверенных лиц у директора комбината был секретарь горкома КПСС Олег Бударгин (позже, при Потанине с Прохоровым, возглавил кадры и пиар на комбинате, потом стал губернатором Таймыра, а после упразднения должности долго сидел в медведевском резерве, но дождался места главы Россетей). Еще одним доверенным лицом директора был ветеран комбината Иван Сидоров. А у Николайчука - личности не такие солидные, но яркие, энергичные и почти скандальные: например, Сумароков, ставший в будущем норильским Мавроди.
Уже перед самыми выборами Филатов, спохватившись, попытался как-то оживить свою предвыборную кампанию. На 8 Марта сотрудницы предприятия получили открытку, на которой нарисованный коленопреклоненный Филатов горячо поздравлял женщин с праздником. 20 марта, за неделю до выборов, пустили в ход тяжелую артиллерию: Совет трудового коллектива комбината обратился к трудящимся с призывом "голосовать за достойнейшего", имея в виду, конечно, директора.
Неприкасаемых - нет
Совсем незадолго до выборов социологическая служба комбината провела опрос общественного мнения с целью определить отношение электората к кандидатам. В норильской истории это был первый подобный опрос, и респонденты, читая в анкетах "Как вы оцениваете деятельность А.В. Филатова?", цепенели. Часть людей всерьез думали, что это какая-то провокация - где это видано, чтобы кто-то предлагал оценить дела самого директора комбината?
Тем не менее опрос показал, что Филатов проигрывает Николайчуку. В штабе Филатова к этому отнеслись совершенно наплевательски, социологам зачем-то стали объяснять, что директор комбината не может проиграть выборы просто потому, что он директор комбината.
Зря им не поверили, в своих прогнозах итогов выборов социологи "промахнулись" всего на полпроцента. К вечеру 26 марта стало ясно, что директор комбината с треском провалился, из 191 тыс. пришедших на выборы 126 тыс. проголосовали за Николайчука. Впервые за всю норильскую историю директор комбината выставил свою кандидатуру на серьезные выборы и потерпел поражение. Для Филатова, возможно, это было досадным недоразумением, но для народа это стало сигналом - неприкасаемых нет.
Виктор Черномырдин: "Лучше быть головой мухи, чем жопой слона"
Впереди у Анатолия Васильевича были сладкие моменты приватизации, во время которой он получил 6 млн акций, первый опыт самостоятельного выхода на мировой рынок никеля, который из-за этого обвалился с 14 тыс. до 5 тыс. долл. за тонну. Потом была первая в СССР забастовка трудящихся, борьба за контроль над предприятием во времена залоговых аукционов. 5 апреля 1996 года Филатов направил премьеру Виктору Черномырдину и первому вице-премьеру Олегу Сосковцу заявление, в котором предложил на выбор: либо освободить его от занимаемых должностей и сформировать совет директоров в соответствии с требованиями ОНЭКСИМ-банка, либо сохранить status quo, ограничив при этом права залогодержателя на весь срок залога. Черномырдин, видимо посовещавшись с президентом Борисом Ельциным, выбрал первое.
И на каждом этапе были свои пиар-стори, фейки и мемы, о которых, впрочем, расскажем далее в книге.
Про скульптуру из шоколада, карточки и любовь к бригадирам
У легендарного директора комбината с не менее легендарным именем - Джонсона Таловича Хагажеева - были свои любимчики из числа бригадиров, и он их всячески поощрял. Джонсон (так его за глаза называли на предприятии, еще был вариант Джонсон энд Джонсон - по названию одноименной детской присыпки) вообще не любил белых воротничков и с подозрением относился к "итээр". Он мог себе это позволить, как, впрочем, и многое другое. Хагажеев - крупная личность, идеальный советский человек с идеальной историей и судьбой. Он родился в горном ауле, не умея говорить по-русски, пришел поступать в институт, а через пятнадцать лет стал директором завода. Личность достойная если не фильма, то отдельной книги. Мало кто знает, но именно ему, поднявшему завод "Надежда" (там было много аварий), после пуска должны были дать Героя Соцтруда. Но звезду на комбинат выделили одну, Филатову. Хагажеев тогда страшно обиделся и уехал на Балхаш директором тамошнего комбината.