Курить охота прям вообще…, хм, Чего б и не покурить? Никуда еда не убежит. Судя по тональности бульков, когда в рюмки наливают, в бутылке ещё грамм двести. Штык зашёл в веранду, прикурил. Эх, Балканка – вещь. Хотя и говорят что сигареты эти для быдла, плохие, с элементами радиоактивными и прочее – брешут. Нормальные сигареты, не лучше не хуже прочих. Всякие Кенты и Парламенты, это всё понты, что бы статус свой серьёзный, в плане финансовой подкованности, демонстрировать всем и каждому. И зачем спрашивается? Что бы однажды к тебе гости пришли, и утюг на пузо поставили? Или паяльником инициалы свои на мягком месте нарисовали? Делать народу нечего. Вон, Коняев – у него рынок самый крупный в городе в личной собственности. Он когда-то полгорода крышевал, геру толкал – хоть и недолго, подвинули с бизнеса, спирт возил, а недавно купил кусок земли в тайге. Правда, тут больше слухи, точно никто не знал. Но не в том суть. Вот человек такими деньгами крутит, богат до неприличия, а что он курит? Беломор курит! Причём без травы, реально Беломор, с тем солома подобным табаком. А эти Кенты, Парламенты…
Штык выкинул бычок и взялся за ручку двери. Тихонько потянул. Заперто. Постучаться? Хм, как-то не солидно. Вампир он или непонятно кто, в шлёпках на босу ногу?! Напряг руку и ударил основанием ладони. С громким треском, дверь перекосило, замок вылетел, приземлился внутри дома. Разговор там мгновенно стих, и Штык вошёл внутрь, храня на лице хмурое, очень мрачное выражение. Нормально внутри оказалось. Стены побелены, лет сорок назад. Ровного серого цвета. Пол деревянный, половичок на нём, шитый тоже примерно в те времена, когда стены штукатурили. У стены печка тихонечко гудит, по краям дверцы светится желтоватый огонь. Под потолком лампочка Ильича горит, а посредине комнаты небольшой стол, два табурета и компания из двух человек. Оба в майках, трико и лицами красные. Только что видать выпили по рюмашке.
– Эй, ты кто такой сука!? – Рявкнул на Штыка один из двоих.
Худой мужик, сие сказавший, даже из-за стола подниматься стал. С кухонным ножом.
– Имя моё, потеряно в веках. – Прошептал Штык и рывком преодолел расстояние от двери до стола. Для обитателей домика, это выглядело так, будто незваный гость на мгновение превратился в смазанную тень, исчез и возник уже возле стола. С тихим звоном нож выпал из руки парня, он упал обратно на табуретку и, открыв рот, стал смотреть на мрачное лицо красноглазого человека.
– Я пришёл за ним. За грех его, жизнь его возьму, я! – Тут голос повысил и, подняв руки, поведал. – Я! Ангел смерти! – На мужика выронившего нож посмотрел. – Это я типа Ангел, вкурил ушлёпок? – Мужик кивнул, громко сглотнув. – И ты, – Штык показал на второго, с интересными, но ему незнакомыми наколками на руках, – наказан будешь, за убиение лоха!
И замолчал. Краем сознания отметил, что осталась какая-то незаконченность. Что-то не то сказано или не до конца сказано. Подумал и решил добавить.
– Убиением наказан. За лоха этого, которого ножом. Ну ты меня понял.
– Я не уббббивал. – Заикаясь, ответил мужик. С табуретки поднялся, за ножом потянулся. – Я так, для понта сказал, что бы кореша впечатлить…, не убивал я, блять буду, не убивал!
– Реально, за базар отвечаешь? – Прищурившись, поинтересовался Ангел Смерти.
– Отвечаю! – Воскликнул мужик с жаром и схватил нож. Тут же отскочил от стола, взял во вторую руку табурет, занёс его над головой и завопил. – Ну иди сюда падла! Не веришь сука – иди, я тебе…
– Слово не воробей. – Наставительно потрясая пальцем, рёк вампир. – Обратно не поймаешь. А раз сказал – так оно и было. Извиняй мужик, но мне жрать охота сильно, детально разбираться в лом.
Штык развёл руками, как бы извиняясь. Мужик заорал что-то и кинулся в атаку.
Битва длилась недолго. Вампир пропал и словно бы материализовался сразу перед этим мужчиной. Точно между широко разведённых рук. Ни нож, ни табуретка, тут уже не могли помочь. Вампир обнял его двумя руками и клыки погрузились глубоко в шею.
Выпил мгновенно. Две секунды и руки мужика повисли плетьми, глаза закатились, кожа побелела. Штык отпустил осушенное тело. Рыгнул сытно, моргнул пару раз – плывёт всё, словно кровь запил пол-литрой…, хм, интересное ощущение. Вампир развернулся ко второму участнику событий.
– Наливай. – Сел за стол. Мужик напротив что-то пискнул, стал наливать дрожащей рукой. Рюмку опрокинул. – Дай сюда придурок, сам налью. – Проворчал вампир, отбирая бутылку.
Журчит, эх как журчит холодненькая! О, поставил бутылку, а всё равно журчит…, странно.
Штык подозрительно глянул на бутылку. Да нет, не она вроде, не треснута, не подтекает…
Под стол глянул. Лужа. И ширится она и журчит. А, это с соседнего стула журчит. Ручеёк рукотворный. Точнее сотворён он не руками даже вовсе, а тем, что растёт значительно ниже.
– Фух, хороша водяра! – Рёк вампир, осушив стакан. Занюхал кусочком лука, съел его, поднялся и рукой помахав, сказал. – Ну, покедова мужик. Дружбан у тебя норм был, вкусный.
И ушёл, исчезнув в ночь…, точнее в день, потому что на улице стоял как раз день.
