Растерянность во взоре мужчины постепенно сменялась безысходной тоской.
– Так ить чего? Помрет он, получается? – нахмурился Губа.
– Время покажет.
– У него ить скоро свадьба… – В голосе проскользнули просительные нотки, словно это обстоятельство могло все изменить. – Неужто ничего нельзя сделать?
Его супруга, сидевшая в уголке, что-то шептала, едва открывая рот и прикладывая платок к глазам.
– Может, все-таки господин интерфектор поможет… – промямлил я, но, устыдившись собственной слабости, сразу же добавил: – Однако стоит приготовиться к худшему.
– Что это значит? – с хрипотцой в голосе спросил младший брат Губы. – Нам на самом деле придется его сжечь?
Если начистоту, разговор уже порядком утомил, да и не знал я, как ответить. Вообще, с момента пробуждения прошло совсем немного времени, но ощущения были такие, будто мне несколько дней пришлось обходиться без сна – перед глазами скакали мелкие, словно брызги чернил, точки.
– Надо сначала хотя бы посмотреть на него! – донесся из угла тихий женский голос. – Может, он не так и плох… В любом случае нехорошо это – сразу в огонь!
Губа негромко хмыкнул, растянув уголки рта в невеселой усмешке – он явно не верил в благоприятный исход.
– Так ить обязательно посмотрим, – тем не менее сказал мужчина через мгновение, сопроводив слова тяжелым вздохом. – Родная ить кровь…
– А если он вырвется? – Младший, а в скором времени, похоже, единственный брат хозяина тоже не питал иллюзий. – Как мы его победим без черного серебра?
Паренек быстро посмотрел на меня и на клинок, рукоять которого по-прежнему лежала в ладони. Уж не знаю, чего он хотел больше – получить оружие или заручиться помощью, но я не испытывал ни малейшего желания принимать участие в этом деле. К чему ненужный риск, когда мне необходимо выручать товарищей?
Но вместе с тем, глядя, как понурый Губа баюкает пораненную в схватке руку, я понимал, что все равно не смогу бросить их и уйти. А значит, чтобы привести в гармонию мысли и поступки, нужно было придумать оправдание, позволявшее остаться. И я быстро справился с этой задачей.
– Я помогу вам. – Хотелось говорить уверенно, но получалось не очень. – Чем смогу. Даже если понадобится… упокоить вашего брата. Но тогда и вы поможете мне выручить моих друзей из беды.
– Уговор! – сразу же согласился Губа, правда, уточнил: – Но воевать с беллатором не будем. Предупреждаю!
– Уговор. – Я и сам не стремился к схватке и надеялся решить все мирным путем, ведь у нас совершенно другой враг.
Мужчина даже слегка повеселел, покрепче замотал руку чистой белой тряпочкой и сказал:
– Нужно как-то избавиться от людей во дворе… Попробую напоить их брагой, а то ить вояки до пьянства охочи…
Сомневаюсь, что бойцы Мунро упьются до потери сознания – все-таки они исполняют поручение своего господина. Однако возражать я не стал, так как никакого иного предложения все равно не было. Да и меня больше занимала другая мысль – как привести себя в порядок, ведь в нынешнем состоянии я не мог даже просто передвигаться, чего уж говорить о сражениях с порождениями зла.
И так выходило, что единственная надежда – на остатки порошков господина Глена, в которых еще следовало разобраться. Нет, я неплохо помнил, как он смешивал снадобья в доме госпожи Таусинг, но не уверен, что смогу повторить все то же самое, ничего не перепутав.
– Мне нужны вещи господина интерфектора. – Я кое-как указал рукой на видневшиеся седельные сумки. На лбу выступил холодный пот. – И где мой арбалет?
– Самострел, что ль? – переспросил Губа. – Так ить я его прибрал! И его, и другой, который старик оставил. Под замок их спрятал, чтобы, значит, не поранился никто. – Мужчина выразительно посмотрел на младшего брата. – Там же и броня лежит…
– Какая броня?
– Так ить та, которую господин интерфектор оставил, перед тем как уехать. Сказал, что так легче скакать будет.
Интересно, почему наш командир не взял с собой кольчугу? Действительно стремился добраться до цели как можно быстрее? Или не хотел вводить в искушение беллатора? Ведь такая вещь не только стоит очень дорого, но и громогласно заявляет о высоком статусе владельца…
Как бы то ни было, сейчас это оказалось очень кстати, и я даже стал чувствовать себя капельку лучше – у меня созрел план.
– Не торопитесь доставать бражку, – сказал я. – Есть другая идея…
Солнце неторопливо поднималось над землей. Утренние лучи били сбоку, заставляя щурить глаза, иначе от яркого света прямо перед носом появлялись бесформенные рыжие пятна. Можно, конечно, прикрыть лицо ладонью, но я ехал верхом и обе руки были заняты поводьями.
Смирная тонконогая лошадка послушно приминала копытами невысокую и мокрую от росы траву, а я напряженно всматривался в этот зеленый ковер, опасаясь угодить в какую-нибудь канаву или ямку. Проклятое солнце немилосердно слепило, но рисковать, управляясь одной рукой, было нельзя – наездник из меня тот еще.
