Из этой увлекательной книги мы узнаем, что многие известные личности тесно связаны с ароматами – не только Мэрилин Монро и ее мифические Chanel № 5! Узнаем, что коктейли, не обязательно алкогольные, и даже табак могут служить источником вдохновения для создателя духов, так же как и путешествия, при этом путь может быть не дальше конца улицы. Мы познакомимся со стиментосом – смесью растительного масла и пота гладиатора, якобы возбуждавшей сексуальность знатных римских дам… Нас покорит – или нет? – неповторимый запах кифи из Египта фараонов. Это путешествие во времени и пространстве становится возможным, стоит только зажмуриться и поглубже вдохнуть.
Помимо негативного образа Жан-Батиста Гренуя, героя-убийцы из романа Патрика Зюскинда «Парфюмер», который живет лишь для того, чтобы познать тайну хранения запахов, мы узнаем тысячу и одну историю о классическом одеколоне, одна другой сказочнее. Мы узнаем, почему Казанова добавлял серую амбру в шоколад и каково происхождение этого странного субстрата.
Мы познакомимся с парфюмерными оргáнами, брифами, Носами, книгами формул, плагиатами духов, а также с циветтой и кокоткой. Поймем важность флакона в создании опьяняющего впечатления. Приобщимся к «высокой моде парфюмерии», к единственным в своем роде творениями, созданными на заказ. Узнаем, откуда взялись ароматы Shalimar, Après l’Ondée, Mitsouko, L’Heure bleue («Синий час», когда «небо уже потеряло солнце и еще не нашло звезд»), Cuir d’ange (я долго думал, что речь идет о бедре[5], а не о коже ангела), Jardins de Bagatelle, Joy, Jicky, Opium, Cuir de Russie («Русская кожа»), Putain des palaces («Дворцовая шлюха»!) или Osiris (для всякого уважающего себя судебного медика?).
Поскольку «создавать духи – значит создавать мечту», идея должна быть сформулирована с самого начала, как сюжет романа или первый набросок стихотворения. Chanel № 5 – «духи женщины с запахом женщины». Вы увидите, что предшествовало созданию La Petite Robe noire и Champs-Élysées, двух из множества ароматических «детей» Сильвен Делакурт. Аромат предваряет наше появление, вдохновляет нас и возвышает, остается в комнате после нас. Он – наше развернутое присутствие, наше волшебное продолжение. Мы должны позволить этой магии водить себя за нос, к нашему собственному величайшему удовольствию.
Филипп Шарлье
Директор Лаборатории антропологии, археологии, биологии (LAAB), UVSQ, Париж-Сакле
В аромате есть убедительность, которая сильнее слов, очевидности, чувства и воли. Убедительность аромата неопровержима, необорима, она входит в нас подобно тому, как входит в наши легкие воздух, которым мы дышим, она наполняет, заполняет нас до отказа. Против нее нет средства[6].
Патрик Зюскинд. Парфюмер. 1985У каждой буквы свой запах, у каждого слога – аромат. Любое слово вызывает в памяти место с его духом. И текст, сплетающийся из них мало-помалу, следуя прихоти алфавита и причудам воспоминаний, становится чудесной рекой, благоухающей рекой с тысячей притоков, рекой нашей пригрезившейся жизни, нашей прожитой жизни, нашей будущей жизни, которая, унося все дальше, открывает нам нас самих[7].
Филипп Клодель. Запахи. 2012От черных, от густых ее волос,Как дым кадил, как фимиам альковный,Шел дикий, душный аромат любовный,И бархатное, цвета красных роз,Как бы звуча безумным юным смехом,Отброшенное платье пахло мехом[8].Шарль Бодлер. АроматСборник «Цветы зла». 1857<p>Девушка с Севера</p>Воспоминание – это аромат души.
Жорж СандОт моего родного Севера я сохранила в памяти запах парного молока, которое я несла с соседской фермы; запах коров и навоза; запах летнего сена, когда фермеры заканчивали сенокос. Деревенские запахи, такие бодрящие и естественные.
