- Жаль, - опять не сдержалась Аня. Волнение перебивало у неё привычную робость.
- Что?
- Что чёрная звезда побеждает...
- Чего? - брезгливо сморщился Мишаня.
- Ну, жаль...
- Тоже мне, Анка-пулемётчица!
- Да, ладно, Миш, - смутилась девушка. - Я просто...
- Дура? Лучше помолчи. Женщина!
Слабая улыбка тронула губы мага:
- Так вот, друзья мои. В мой мир вы войдёте не в городе, а чуть в стороне от него.
- Чтобы не пугать людей? - уточнил Мишаня.
- Вы придёте в город...
- А это далеко?
- Нет, не очень. Так вот, в городе начнёт действовать сила судьбы. И должное -свершится! Вы готовы?
- А вы с нами не переходите? - поинтересовалась Алевтина.
- Нет. Сейчас наши пути расходятся. Ваш путь - не мой путь. Впрочем, кто наверняка знает свою судьбу? И так?
Тяжёлые шторы отсекли свет ночных фонарей и окон с улицы. На цепях поднят к потолку магический стол и кресла. Дымно горят свечи, одуряюще пахнет розовым маслом, сине-белое пламя в пяти белых чашах почти не даёт света.
- Тьма! Тьма! Тьма! - призывает маг нараспев. - Тьма! Тьма! Тьма!
Свечи горят, но света всё меньше и меньше. Из дышащих чернотой чаш струится мрак, наполняя комнату чёрным туманом. И лишь красная звезда, вопреки тьме сияет, наливаясь чистым, кроваво-алым светом, споря своим сиянием с наваливающейся чернотой и ограждая от вечного мрака, доверившихся ей людей. Отдаляется и глохнет голос колдуна. Холодный воздух студит разгорячённые волнением лица. Время идёт. Где они?
Вдруг наступает свет. Солнечный луч вырывается из-за горизонта, в считанные минуты заливая светом весь мир. Торопливый, южный рассвет, на глазах перерастающий в день. А под ногами, на траве - силуэт звезды. Переход завершён. Чёрная звезда опять победила? Или наоборот? Победила алая, вырвавшись с рассветом из пут колдовства в наступивший день и оставив на траве выжженный след от поверженной тьмы? А, кстати, где они?
Вокруг степь, опалённая солнцем и ветрами. Неровная, холмистая. У горизонта виднеется что-то вроде деревьев. И ни души.
- Где мы?
Мишаня возмущённо требует ответа, даже не задумываясь об уместности вопроса:
- Куда мы попали?
- Где город?
Аня не понимает, почему спутники так пристально смотрят на неё, почему именно от неё что-то ждут?
- Не знаю, а...
- Куда нас забросил этот твой Сириус? - теперь вопрос Алевтины обращён к Мишане. - Он ведь обещал город!
- Он обещал безлюдное место недалеко от города. - чувство справедливости заставляет Аню внести это уточнение. - Город должен быть недалеко...
- Где недалеко?! - раздражение Алевтины перекидывается на подругу.
- Не знаю...
- А кто знает? Пушкин?
Аня опять оглядывается в недоумении. Никаких следов человеческого жилья. Только высокие холмы вокруг.
- Может быть, с холма он будет виден?
- Кто? Он?
- Ну, город.
- С холма? С которого? - Мишаня возмущён и тоже не прочь на ком-нибудь "оторваться".
- Не знаю. Думаю, с любого...
- Надо посмотреть, куда указывает звезда! - вставляет реплику Алевтина.
- Каким лучом? Их пять и все одинаковые! - огрызается парень.
- Твой Сириус говорил, что нас поведёт судьба!
- Всё-таки сверху виднее....
Пустой спор захватил Мишаню с Алевтиной. Каждый хотел сказать последнее слово и ни один не знал, что можно сказать, по сути дела. Прекратило эти препирательства солнце.
- Пить хочется! - выдохнула Алевтина, утирая пот. - Жарко.
- У нас ничего нет. Ни еды, ни воды!
- Это всё твой Сириус виноват! Забросил нас в пустыню на погибель! Зачем ты с ним связался!
- А ты? За золотом погналась?
Золото. Оно оказалось всё при них. И кошельки, и перстни, и витые браслеты, и цепочки.
- Он таких денег не пожалел! - Вздохнула Алевтина. - Не понимаю: зачем ему губить нас здесь?
- Давайте поднимемся на тот холм, - жалобно повторила своё предложение Аня.
- Почему на тот? - окрысился на неё юноша.
- Ну, он ближе.
Алевтина и Мишаня переглянулись:
- Пошли, - великодушно согласилась Алевтина. - Не умирать же здесь от жажды.
Подъём, хоть и налегке, дался троице не без усилий, вид же, открывшийся с вершины, ничуть не утешил: небо, степь, холмы и несколько рощиц между ними.
- Ну, и куда теперь? - капризно поинтересовался парень.
- Может, к той рощице? - неуверенно предложила Аня.
- Почему к той?
- Не знаю. Она кажется ближе и погуще. Может быть, там есть вода?
- Да что ты вообще знаешь? - возмутился Мишаня и получил смиренный, честный ответ:
- Ничего
- Действительно, Миш, пойдём к роще, - вступила в их перепалку Алевтина. - Там хоть не жарит так.
Как обманчивы оказались расстояния в степи и с верхушки холма. Солнце поднялось в зенит, когда троица ощутила над своими, пылающими головами лёгкую прохладу благословенной тени.
- Ну, и где вода? - требовательно поинтересовался Мишаня.
Они обшарили всю рощу вдоль и поперёк. Воды не было.
- Мы все умрём здесь! - не переставал возмущаться Мишаня с таки напором, словно находил в своих жалобах удовольствие.
- Ну, зачем мы пошли, зачем пошли сюда, - вторила ему Алевтина. - Я умираю, так хочу пить! Куда нам теперь идти?
- Мне кажется, вниз, - пробормотала чуть слышно Аня.
- Вниз? Куда вниз? Зачем?!
- Мы в лощине. Она ведёт вниз. Может быть, к воде.