Завтракать я устроился в маленьком кафе с названием «Веселые палочки в полоску». Так как основным блюдом меню были всевозможные сладкие хлебные палочки с корицей и палочки с изюмом, действительно полосатые и совершенно одуряюще пахнущие, приходилось признать, что владелец заведения долго над названием не думал. Интересно кто он, игрок или непись? В таких случаях не разберешь. Еще до завтрака я успел заглянуть в лавку писчебумажных принадлежностей, где и купил сверток писчей бумаги, стальное перо (у гусиных есть гадкая привычка пружинить при письме, разбрызгивая чернила во все стороны) и маленький пузырек чернил, заткнутый пробкой. Я хрустел палочками, пил чай и писал Еве – рапортовал ей в подробностях, как текут мои дни. От Евы я получил пока лишь пару писем – коротеньких, в которых она сообщала, что у них все нормально, жить можно, приедешь – увидишь. Эх, нужно было себе Лукася в основные корреспонденты выбрать, он большой поклонник эпистолярного жанра. Но все-таки Ева как казначей клана и мой заместитель имела право первой получать информацию от своего клан-лидера. А писать по два письма я был пока не готов: и это-то уже на половине страницы стало трудночитаемым из-за клякс: стальное перо не гнулось, зато царапало и рвало бумагу, что тоже приводило к распространению чернил во всякие неположенные места. Нет уж, пока не научусь писать прилично, не буду подрывать уважение к себе со стороны соклановцев, это с Евой мне все равно терять давно нечего.
Каллиграфия +1
Я вспомнил, что многие начинающие каллиграфы развивают навык тем, что ведут свои дневники. А что, это идея, в дневнике не нужно думать о чем пишешь, это тебе не письмо живому человеку. К тому же эти дневники тут потом, вроде, неплохо продаются, если в них будет что-то интересное. В моем-то точно будет! Я еще раз сбегал за угол в лавку и купил самую дешевую книжечку для дневников. Серенькая обложка из картонки и несколько десятков листков рыхловато-коричневатой бумаги. Долго размышлял с чего начать. Потом вспомнил, что обычно дневники описывают приключения в какой-то локации – что же, напишу про подземелье Шоана. Там столько всего было – народ просто расхватывать копии дневника будет.
На обложке постарался красиво вывести «Приключения в Шоанских недрах», но поставил жирнейшую кляксу на букве «н» в слов «недрах», теперь и не разобрать, что написано «недрах» или «кедрах». Ничего, читатели догадаются. Какие там кедры, в Шоане-то. С чего бы начать? Все эти долгие предыстории читать очень скучно, лучше в начало сразу поставить сцену какого-нибудь сражения.
«В Шоанских пещерах живет зверь соплозух. У него большие зубы»
Тут я задумался. Вообще Ева не снимала с нас клятвы не рассказывать никому про драконью пиявку. А, значит, мне нельзя писать о том, как именно я победил соплозуха. Мда… непросто быть писателем. Зря я вообще про соплозуха начал, нужно было кого-то другого выбрать. Но раз начал, нужно заканчивать.
«У него большие зубы. Он кусается. Не подходите к нему.»
Ладно, на сегодня литературы хватит, тем более, вон, уведомление о письме пришло. Вряд ли Ева так быстро ответила, стопудово Ратон меня ищет.
«Привет, ты где? Я в больнице, тебя здесь нет.»
Я не стал возится с перьями и чернилами, продиктовал голубю.
«Буду у входа через десять минут»
***
В этот раз пленка инстанса светилась голубоватым. Особенно странно она смотрелась потому, что висела в чистом поле, сама по себе. Ни ворот, ни входа пещеру, ничего такого – просто искрящийся овал посреди пейзажа. Я шагнул вслед за Ратоном.
– Ух-ты! А почему здесь ночь?
– Здесь всегда ночь.
В свете лун целое поле спелой пшеницы смотрелось потрясающе. Тяжелые колосья словно сами отливали лунным серебром. Стоящие стеной стебли выглядели совершенно инопланетной растительностью в окружении бархата неба. По полю, извиваясь, шла черная тропинка, по которой мы и направились.
– Инстанс «Старая мельница», на пятидесятые уровни, – быстро говорил Ратон, – мельница заселена нежитью, главный босс – переродившийся мельник.
– Слушай, – сказал я, – тут такая проблема, что с нежитью могут быть сложности. У меня с ментальным сопротивлением… кхм, не очень.
– Ааа… не, менталики – это личи обычно всякие и некоторые призраки, а тут менталиков нет, честные зомбаки и скелеты. Физика, страх, максимум тьма. Ну, от зомбаков еще могильным лишаем можно заразиться, но он прямо тут лечится, грибами. Твоя задача, как до главного дойдем, и он свою мельницу запустит, – залезть на нее, уцепиться за крыло и сделать полный круг – удержишься?
– Не знаю, – сказал я. – У меня с силой – тоже не очень.
– Да не нужна там сила, найдешь какие-нибудь дырки в лопастях, обовьешься вокруг, как змея, и катайся себе, только учти – тебе будет очень страшно, босс ауру ужаса использовать будет, мне по барабану, а ты все же совсем мелкий. Просто забей себе в голову мысль, что ты больше всего боишься с мельницы сорваться и тебе нужно изо всех сил руками-ногами держаться – и повторяй все время это про себя.
– Хорошо, я попробую. А сейчас мне что нужно делать?
