Носитель судьбы полностью

— Ничего нет, — простонала перепуганная Цифраль. — У них это внутри! Заперто в организме!

— Заперто, да? Просканируй-ка вон ту кровь!

— Есть! — пискнула она. — И немало.

Драккайнен развернулся и отклонился назад, избегая косого удара, а потом пинком сломал шипастому колено и рубанул в запястье, по сухожилиям. А потом отбросил серп, присел и обеими руками собрал дымящуюся кровь из лужи и снег, превращенный в рыжую грязь.

— Perkele lamitaa! — рявкнул Вуко и выбросил руки в сторону противника, держа перед глазами картинку частичек воды, рвущихся связей и весьма реактивных атомов водорода, соединяющихся в частицы, в окружении газообразного кислорода, насыщенного энергией.

Вспыхнуло, шипастый свалился с горящим лицом, из его раны на боку рванул огонь. Драккайнен обернулся к остальным, и в каждой руке он держал танцующее, рвущееся пламя.

— Ну, давайте, уроды, — сказал. — Make my day,[10] панки.

Грохнуло. Из руки его ударила струя огня. Один из Отверженных превратился в факел, он бился на брусчатке и горел, ангел прокатился по стене, издавая испуганный визг и пытаясь погасить пламя, бьющее из его ран, как из сопел реактивного самолета. Безрезультатно. Каждая капля крови сразу же взрывалась газолином и поджигала следующую.

Оленеподобный рванул в сторону выхода из улочки как болид. Варфнир и Грюнальди одновременно уступили ему дорогу и рубанули по ногам, а потом, все так же одновременно, пробили грудную клетку и, ухватив за рога, приволокли к Драккайнену и бросили у его стоп. Он склонился и зачерпнул побольше снега с кровью.

— Жри! Kusipaa!

А потом развернулся, тяжело дыша, и взглянул на паренька, который так и не отложил свой посох, но смотрел на них широко открытыми глазами.

Вуко стряхнул голубые огоньки с пальцев, вытер ладонь чистым снегом и нашел свой нож.

— Ты пел, парень. Hablas espańol, muchacho?[11]

Юноша сморщил брови, но ничего не ответил, как не стал и опускать посох, держа тот обеими руками, свободно, одними большими пальцами, а под мышкой у него посверкивал клинок. Он перескакивал по ним взглядом, глядя примерно в центр корпуса.

— Откуда ты знаешь эту песенку? — спросил Вуко.

А потом, напрягая память и разум, спросил еще раз, на топорном амитрайском.

— Это молитва, отгоняющая демонов и усыпляющая Скорбную Госпожу. Быть может, ты был в ее долине? — ответил парень на том же языке.

— Я плохо говорю по-амитрайски, — тщательно выговорил Драккайнен. — Знаешь язык мореходов? Откуда взял песенку? Страшно важно.

Юноша чуть распрямился и поднял копье, очень медленно воткнул его в брусчатку и повторил то же самое на языке Побережья Парусов.

— Я и не знал, что ты так любишь музыку, — просопел Грюнальди, а потом снял свою кожаную шапочку и вытер вспотевший лоб.

— Парень, кто такая Скорбная Госпожа? Ты ее видел?

Он кивнул.

— Раз видел. Что у тебя с ней общего? Ты тоже Песенник? Ты сжег Отвергнутых Древом.

— Я прибыл забрать ее домой. Ее и нескольких других.

— Забрать домой? Куда?

— Далеко, — ответил Драккайнен, не пойми отчего понявший вдруг, что происходит нечто небывало важное. — В страну, которая лежит очень далеко отсюда. Туда, откуда они пришли. Знаешь, где она находится? Сумел бы меня туда провести?

Парень выпустил посох, а потом сполз по стене и замер так, скорченный.

— Ты упал вместе со звездой? — спросил он с усилием. — С огненной звездой, слетевшей по небу в конце лета в прошлом году? На побережье?

Драккайнен сглотнул слюну.

— Да. Я упал со звездой. Отчего ты плачешь?

— Я одолел очень далекую дорогу, чтобы с тобой встретиться, — глухо обронил парень. — Многие погибли, чтобы я сюда добрался. Я Носитель Судьбы, и полагаю, у меня есть что тебе сказать. От этого зависит судьба неисчислимого количества людей. Да, я знаю, как попасть в ее долину и проведу тебя туда, но сперва ты должен выслушать все, что я хочу тебе рассказать, а это может оказаться долгой историей.

— Полагаю, что у нас есть немного времени, — осторожно сказал Драккайнен. — Пойдем с нами. Ты должен выкупаться, поесть и успокоиться. Там, где мы живем, безопасно, а ты поселишься вместе с нами.

— Кто это? — спросила Сильфана.

— Не знаю. Но мне кажется, то, что знает этот парень, — важнейшие вести в мире. Он идет с нами и даже волос не может упасть с его головы, пусть бы на нас бросились все безумцы в Кавернах.

— Я тут довольно долго живу, — сказал парень и поднял с земли свою каску. — И умею пройти по этому району. Не нужно обо мне волноваться. Меня зовут Филар, сын Копейщика. Здесь называют меня Фьялар Каменный Огонь.

— Нужно. Ты ценный, — сказал Драккайнен твердо.

— Там, где я живу, у меня есть вещи. Я хочу их забрать, а потом охотно пойду с вами.