Что ему от меня нужно вообще?
Кто бы мог предположить, что Мыши бывают такими упрямыми? Она меня вчера просто вывела. Из благодушного состояния, в которое меня привел горячий наваристый хаш.
Сначала назло мне наелась пирожных. Демонстративно лопала вредный сахар и блаженно закатывала глаза. А потом говорит: я сама за себя заплачу, и точка. Уперлась, как ушастое парнокопытное. Пришлось уступить.
Унизила мое самцовое достоинство! А мне было так хорошо после хаша… Чуть не уснул прямо там, на диванчике.
Но с этой Мышью разве уснешь? Каждые три минуты выводит из равновесия.
Ладно, я позволил ей скинуть деньги за пирожные мне на карту. Но уехать на такси я ей позволить не мог. Так что пришлось выпить кофе, продрать сонные глаза и доставить ее по назначению.
А через полчаса она будет здесь. Я уже закончил с последней на сегодня пациенткой. Принимаю только постоянных, тех, кто у меня лечится много лет. Всех остальных сбагрил сотрудникам, мне и административной работы хватает. Нигде нет такой бюрократии, как в медицине. Если у тебя частная клиника — тебя пытаются поиметь все контролирующие и надзирающие органы.
Выхожу из душа. Да, у меня тут есть душ и все, что может понадобиться, если после работы едешь не домой. Надеваю свежую рубашку, брюки и накидываю сверху халат. Снимаю. Надеваю новый комплект нашей фирменной униформы. А чего выпендриваться? Надо ходить, как все врачи.
Смотрю на себя в зеркало. Поправляю воротник. Брызгаюсь туалетной водой. Мля… Я что, на свидание собрался? Она же почует запах. И поймет, что я готовился.
Надо еще раз принять душ.
Не, ну это совсем беспредел! Чего меня так накрывает-то? Это просто врачебный прием. Просто дружеская услуга. Что я, никогда зубы друзьям не лечил?
Самые проблемные пациенты, кстати.
Вхожу в кабинет. И застываю у порога. На пару секунд. Эти секунды мне нужны, чтобы вспомнить, зачем мы тут собрались. Ну, в смысле… Это что еще за нафиг?
Я тут дружескую услугу оказывать собрался, а эта наглая Мышь, которая еще вчера была смущенной и испуганной, сегодня осмелела. И вышла на тропу эротической войны.
Надела коротенькую клетчатую юбочку, рубашку воблипочку, на которой не забыла расстегнуть три верхние пуговицы. Да еще и гольфы. Белые, с двумя черными полосками. Как школьница из соответствующей категории порно.
Она что, соблазнить меня пытается? Забавно.
— Добрый вечер, — произношу я подчеркнуто официально.
— П-привет, — немного растерянно отзывается эта секси-герл.
— Присаживайся. Как пятерка?
— Все отлично, спасибо.
Она в кресле. Сверкает голыми коленками. Рубашка натянулась на выпуклостях. Я вспотел. Она улыбается. Зараза…
Хорошо, хоть Алла сразу нацепила на нее нагрудник. Очень кстати!
Но коленки никуда не спрячешь. Но что мне коленки? Я буду смотреть исключительно в рот.
Но кто бы мог подумать, что эта пугливая Мышь такая провокаторша! Ноги она мне демонстрирует… Думает, раз вчера была в джинсах, я не знаю, что они у нее стройные, длинные, с изящными лодыжками и тонкими щиколотками.
Я эти ноги разглядел еще на свадьбе Варлама, где Соня была в коротком черном платьице, в золотистых туфельках на каблуке, с золотистой же сумочкой. И с белобрысым хреном, который работает в «Атмосфере» на поставках.
Этот хрен мне тогда активно не понравился. А Соня…
Ну что? Девчонка и девчонка. Подруга Яны. Симпатичная. Веселая. Немного застенчивая. И — трогательно беззащитная с этими своими голыми коленками и зябкими плечиками.
Короче, еще тогда у меня возникло необъяснимое желание ее одеть, накормить и обогреть. Но ее грел белобрысый. И ей это нравилось.
А я… вообще не лезу ни во что, похожее на отношения.
Я просто вылечу ей зубы. И разберусь с составом ее крови. Потому что… надо, блин, следить за своим здоровьем! Или за ним будут следить другие.
Я, например.
— Подожди здесь, — командую я Соне.
Мы вышли из кабинета, где она просто сидела с открытым ртом и закрытыми глазами, а я разобрал и заново собрал ее левую шестерку. Сумев абстрагироваться от всех анатомических подробностей.
Я иду к себе, быстро переодеваюсь в джинсы и косуху, беру два шлема — и ловлю за руку Соню, которая, как обычно, не послушалась меня. Пытается заплатить за лечение.
Мой администратор лишь разводит руками — я не выставил счет на оплату.
— С нее денег не брать, — бросаю я на ходу. — Никогда.
— Я поняла, Иннокентий Валерьевич.
Я даже ничего не говорю упрямой Мыши. Просто веду ее на стоянку, где стоит мой верный железный конь. Она ошарашенно таращится то на мотоцикл, то на меня.
— Я сегодня без машины, — говорю я.
Она протягивает руку и гладит моего коняку по сиденью. Как живого. Этот жест мгновенно отзывается в моем организме. Четкое ощущение — она погладила меня.
Ну да, мы с конем — одно целое.
— Такой классный! — завороженно шепчет Соня.
Мой позвоночник простреливает разряд тока.
— Прокатимся? — хриплю я.
— Я в юбке.
— Тебя что-то смущает?
— А тебя?
— Нет.
— Ну, тогда и меня нет.
