Собеседница! ангел моих вечеров,И теперь я живу, ты поверишь едва,И приходят ко мне Соловьёв и Петров,Я читаю стихи, забываю слова,Отмечаю цезуру мгновенною жизнью своей,Наливаю стакан допотопного местного пива,И бросаю строку в золотистый туман елисейскихполей,И смотрю за окно, где растёт голубая крапива,Где бледнеет луна и зачем-то сияет звезда,Соловьёв и Петров отдыхают от скуки и лени,В умывальнике снова к утру цепенеет вода,За окном перед смертью дрожат золотые растенья.Собеседница! я повторю, что живу,Мне хватает куска плесневелого чёрного хлеба.За окошком опять задышал паровоз, как корова в хлеву,И дыханье столбом потянулось в открытое небо.<p>Лермонтов</p>У него в руках венок.Он несёт его по кругу.Он настолько одинок,Что ему не надо друга.<p>«Ты уходишь, как погода…»</p>Ты уходишь, как погода,И меня не веселитОбещание приходаПо прошествии обид.Даже сердце на свиданьеПобелело как стекло.Ты взглянула на прощанье,Улыбнулась тяжелоИ ушла. Зачем, родная,Ты хотела жизнь мою?Я тебя совсем не знаю,Понемногу узнаю.<p>«Золотое пространство поплыло…»</p>Золотое пространство поплылоК горизонтной, последней черте,И осталось дневное светилоВ беззащитной своей наготе.Так улыбка твоя и надежда,Перед тем, как исчезнуть во тьме,Бесконечно, печально и нежноВ одиночестве видится мне.<p>«Я люблю остывающий дом…»</p>Я люблю остывающий дом,Я люблю ускользающий свет,Я не знаю, что будет потом,По прошествии тысячи лет.Уплывает вода в облака,И туман укрывает следы,И не тянется больше рукаК изголовью вечерней звезды.Упомянутый в книге судебЯ стою на краю тишины,Этой горечи розовый хлебПринимая как годы войны.<p>«Когда мечта идет по кругу…»</p>Когда мечта идет по кругу,Как победитель по арене,Я позову свою подругуИ подарю ей куст сирени.Я ей скажу: — В саду весёломПускай цветёт сирень живая,Пускай гуляет Новосёлов,Смешные фразы отпуская.Чтоб ты меня не вспоминала,И поскорей меня забыла,А мы с тобою жили мало,Но это так прекрасно было,Как если б куст сирени выросВдали от берега, и в мореНад ним как Бог летел напирус,Оберегающий от горя.<p>«Подуем же в горсть…»</p>
