Нострадамус полностью

Аквилон – северный ветер, у Нострадамуса «Аквилонский край», «Аквилон» обозначает некие «северные земли». Что значит этот топоним – до конца неясно. Разные комментаторы понимают под ним Англию, Россию, Украину, Прибалтику, Скандинавию… Наконец, «землей северного ветра» может быть и Германия; ведь aquila по-латыни значит «орел», который во времена Нострадамуса был символом Священной Римской империи. К тому же германские земли лежат севернее Франции.

Возвращаясь к катрену, следует отметить, что тема грядущего торжества Востока над Западом была распространена в Европе задолго до рождения и ислама, и даже христианства. В «Книгах Сивилл» (VI, 72–75) говорится:

В раннехристианскую эпоху этот мотив отнюдь не был забыт. Христианский писатель Лактанций (III–IV века) в своих «Божественных установлениях» предсказывал: «Запад попадет в рабство, а Азия получит власть повелевать». После прихода ислама, завоеваний арабов и «второго мусульманского нашествия» – натиска Османской империи в Восточной и Центральной Европе в XVI веке – многократно предреченное Нострадамусом грядущее торжество Полумесяца не выглядит странным. Возможно, провансальский пророк полагал, что сама «лунная» символика большого планетного цикла 1533–1888 годов благоволит религии, на знамени которой изображена Луна.

Цикл Луны, ведомый архангелом Гавриилом, принесет неисчислимые несчастья. В последней строке катрена подразумевается конец света, когда небесный свод займет то положение, которое он занимал при Сотворении мира.

Смена планетарных циклов как отправная точка для важных перемен несколько раз встречается в «Пророчествах».

По поводу этого катрена среди исследователей нет единства. Пьер Брендамур видит в нем предсказание упадка христианства. Иисус Христос, «добрый пастырь», с конца XIX века (завершение цикла Луны) уступит место новым богам. Однако Спаситель не скрывался «в течение долгого века». Автора этих строк предположил, что «полубог» здесь – Гермес Трисмегист, легендарный основатель магических наук. Ренессансные неоплатоники (в частности, Марсилио Фичино) полагали Гермеса предтечей Христа. В таком прочтении доктрина герметизма, долгое время остававшаяся тайной, была в XVI веке «рассекречена» наукой, а сам Гермес возвеличен. Однако к концу XIX века о нем вновь забудут (что, кстати сказать, и произошло).

Нельзя, однако, сбрасывать со счетов еще одну возможную трактовку катрена, по которой pasteur – не пастырь, а именно «пастор» (протестантский священнослужитель) – в таком значении это слово использовалось во французском языке с 1541 года. В этом случае катрен предсказывает взлет и падение протестантизма. Впрочем, словом pasteur в то время именовали и католических священников.

Оракульному языку присущи многозначность и двусмысленность – это закон жанра, и Нострадамус, как мы видим на примере этого катрена, владел им мастерски. Это приводило в восторг его поклонников, вызывало неистовый гнев у критиков… и головную боль у исследователей и толкователей его творчества.