И хорошо пошло! Какой энтузиазм, смекалка в массах!
Куда не плюнь — завистники, убийцы, скупердяи,
воры, тираны и лгуны — мои ученики,
внучата их и детки. Причем, куда девался страх?
А как живуч их род! Я в битве с добротой небес изрядно преуспел.
Вот Нострадам прошел сквозь семь тысячелетий! — и что нашел там? — Все одно — разгул пороков и полнейший беспредел!
Время: — А все ругают Время, с упорностью осла на те же наступая грабли. Девиз их, властелин ли, раб ли:
«Ужасный век, ужасные сердца». И дата: «от начала до конца».
Злободневность:
У сцены бытия афиша неизменна:
— Трагедии, комедии, как не крути, одни.
Ассортимент из лавки секенд хенда -
с уценкой ярлыки большого бренда.
А на поверку — пыльный хлам:
— в обносках добродетель, в «мерсе» — хам.
И вычурный фасон какой–нибудь идейки -
— едва пришитые друг к другу, затрепанные лоскуты.
Роже Бонтан: — Но сила вечная искусства! Оно бессмертно, хоть творцов не слишком густо. Таких, что бы настроить камертон всем временам на нужный тон.
Король: — Искусство — вне игры. Все остальное — тлен. Хотя б из кожи лезь и завоевывай полмира.
В веках котируется, видите ли, лира
Да слов и красок вычурная смесь.
Сын Ностр.: — Мораль разжевывать — ученая напасть.
Всем ясно и без всякого научного кульбита:
Земная власть, увы, забыта.
А как к небесной–то припасть.
Церемонимейстер: — На эту тему размышляет всякий
и каждый сочиняет свой трактат.
Названия устанешь объявлять…
Рыдая выхохочешь очередной сюжет,
забудешь, плюнешь и кричи опять!
ИЗ современной толпы: — Но лучше или хуже пьески?
Время:
— Закон спирали — выше на виток, но в то же духе все манеры:
Что дам возьмем, что кавалеров.
В химчистку кринолин, а фрейлин — в баню.
В джаккузи фаворитку, детектив в кровать.
А вместо киллера роскошные перчатки
с нежнейшим ароматом спонсору послать.
Из толпы: — Отравленные?
Роже Бонтан: — Боже упаси! Вот этого не надо!
Цивилизация — за бич чумы и мор -
простому смертному огромная награда!
Конфликт на уровне держав решает мирный спор.
Жизнь совершенствуют ученые дебаты…
Шарманщик: — Ах, я б заткнул плотнее в уши вату!
И совершил круиз вокруг Земли.
Взирая только на экзотику одну
И всласть штудируя оккультные трактаты.
Сын Нострадамуса.: — Но чтоб Америку объехать без заботы,
опять же потрудиться должен кто–то.
И чтобы с ней конфликт какой–нибудь решить,
Неплохо бы ее, как минимум, открыть!
ЦЕР: — Открыл один и стал велик. Его уж имя не забыть. (
ХОР: — В истории остались не только короли.
Но и избранники, любимчики Фортуны.
Еще Искусств великие сыны.
А мы — словно ковыль в степи — расти иль не расти,
не будет и следа — как будто ветром сдуло.))
___________________________________________________________________
ЦЕР — Велик иль не велик — все та же круговерть
— смех, слезы, роды, годы, смерть….
А что же посередке?
Скажу без ложного стыда — сплошная маята.
Марта: — Посередине жизнь. Она всего одна.
В какие не заглянешь времена.
Время: — Открою вам один секрет:
проходит все. Дурман пустой побед и бед,
Проходит явь, проходит сон, роняет жизнь последний стон…
Таков закон. Как не крепись. Другого нет.
Смерть, Ч. Ч. в обнимку:
— Другого нет, другого нет! Другого не дано!
Хоть в петлю лезь, хоть вены режь, выпрыгивай в окно!
Здесь только мы, здесь только мы — на вечность короли.
А вы — лишь прах, а вы — лишь сон — комок сырой земли!
Марта:
— Но есть трава — она жива, лишь только солнца луч
ей принесет щепоть тепла из скрывших небо туч.
И солнце есть, что бы согреть на небе облака
и луч послать, что бы росла веселая трава.
Есть человек — такой большой, что прямо без труда
возьмет и вынет из реки тонущего кота.
Подарит другу царство, обнимет целый свет.
Хотя ему до королей большого дела нет.
Ведь человеку–смельчаку всего лишь восемь лет.
Насыплет крошки голубям
отдаст увечным кровь -
Она — всегда одна она -
Бессмертная любовь.
Из толпы:
— Но как спасаться от невзгод, от горестей и ран?
Чтоб спрятать голову в песок нет ни одной из стран.
Марта:
Всегда была и будет смерть, всегда и боль была,
и проносилась над весной холодная гроза.
Но добрый доктор Айболит, иль друг, иль сам Господь
в час тяжкий немощи глухой заглянет вам в глаза.
Есть взгляд такой и есть рука, дающая покой,
И эту руку никогда не спутаешь с другой.
Всегда в пудовых башмак гуляет некий князь (
Но вновь упрямец золотой ввысь тянет свой цветок,
Сквозь камень бьется, сквозь асфальт силач с листком в вершок.
Ты одуванчик не ломай. Он, смертью смерть поправ,
подарит нам медовый дух, и май, и гордый нрав.
Бессмертьем каждую весну одарит вновь и вновь.
На что похож он, говори? Конечно, на Любовь.
Появляется молодой Нострадамус:
