– Где мы? Спросил ученый, и провожатый ответил: – В Ниппуре, между Тигром и Евфратом. Мы в храме Бела, отца Богов. Археолог знал об этом храме, как знал и о том, что во времена раскопок не удалось найти его сокровищницу – комнату, которая всегда была при храме. Он спросил жреца об этом, и тот повел его в небольшое помещение, расположенное в дальнем конце храма. Здесь в деревянном сундуке лежало несколько кусков агата, среди которых он узнал два своих фрагмента. Жрец пояснил ему, что они – части цилиндра, пожертвованного храму правителем Куригалзу. Когда понадобилось изготовить ушные украшения для статуи Бога, цилиндр распилили, один кусок раскололся. Эти половинки и были теми двумя фрагментами, над которыми бился ученый, не догадывавшийся, что надпись на них – часть одного текста. По просьбе Гилпрехта жрец зачитал ему текст. Проснувшись, Гилпрехт записал свой сон. Расшифровка текста, относившегося к 1300 году до н.э., коллегами ученого была признана безупречной. Точным оказалось и месторасположение сокровищницы при храме.
Когда умер Данте, его близкие и друзья с отчаянием обнаружили, что полного текста «Божественной комедии» нет. Не хватало целой главы, XIII песни. Поиски, продолжавшиеся несколько месяцев, не дали результатов. Но одному из сыновей Данте во сне явился его умерший отец. Со словами: «то, что ты искал так долго, находится здесь», он указал на нишу в стене. Несмотря на глубокую ночь, сын Данте с другом отца отправились в дом и в ту комнату, которая была увидена во сне. Там в нише окна лежала стопка исписанных листков, строки которых уже начали расплываться от сырости. Эта была та самая XIII песня.
Из примеров видно, что пророческим даром обладают люди в состоянии отрешенности от мирской суеты. Нострадамус, в «Послание Генриху II», описывает своё душевное состояние перед пророчеством: – «Умиротворив душу перед лицом Вечности, избавив ее от забот, беспокойства, раздражения я почерпнул мужество, силу и терпение, что является необходимым условием пророчества». Как говорилось ранее, на планете существуют люди, которые в силу своего убеждения или таланта добровольно меняют свое сознание. Одни посвящают себя служению Творца, такие как Серафим Саровский, другие, как М. Ю. Лермонтов и Ф. М. Достоевский, посвящают себя служению Музе творчества. Но есть и люди, у которых в силу определенных стрессовых невзгод, наряду с возникшем психическим заболеванием, открываются способности предвидения будущего, о чём Нострадамус написал в «Предисловие к сыну Цезарю»: – «…и только посредством Гераклова эпилептического возбуждения небесные силы открывают нам эти причины». К представителям этой категории людей следует отнести юродивого царя Ивана Грозного – Василия Блаженного, который вошел в историю России, как покровитель Москвы.
Знание будущего или прошлого к одним может прийти внезапно, казалось бы, без малейших усилий с их стороны, к другим – в итоге многолетней духовной практики или психического стресса. Одно ясно, что явление или событие задолго до своего воплощения уже представляет некую реальность. Человек как бы купается в информационном океане и воспринимает информацию, окружающую его по мере отключения сознания. Чем продолжительнее отключено сознание у человека, тем глубже он проникает в тайны веков, видит, что было или что произойдет на Земле. М. Нострадамус так описал это проникновение: «Тайны Творца непостижимы, и его сила находится в весьма отдаленной связи со сферой человеческого познания, истоки же этого коренятся в свободной воле. Именно это приводит к появлению скрытых причин, которые сами по себе не привлекают внимания и потому не замечаются, и не осознаются гадателями, ускользают от познания и от иной добродетели на протяжении всей Вечности, охватывающей всё время».
«Всё построение и гармония пророчеств
Покоится отчасти на бронзовом треножнике».
Поиски себя, и смысла жизни не прошли даром. Развив природные способности, «интуитивный дар» и обретя былую уверенность в себе, он в январе 1544 года возвращается во Францию. Обосновавшись в Марселе, Нострадамус снова открывает врачебную практику.
Этот портовый город являлся большой перевалочной базой между Китаем, Индией, Средней Азией и Европой. И вот однажды на борту прибывшего судна матросы начали умирать от неизвестной болезни. Прибывший Нострадамус, используя свои снадобья, оказывает действенную помощь больным. Но марсельские врачи, помня о его беспомощности в Ажене, когда от чумы умерла вся его семья, руководимые завистью, добиваются от местных властей запрета для него на посещение кораблей. Вопреки запретам Мишель лечит людей, а спасенные люди с благодарностью молятся на него, как на чудотворца.
