— Я хотел. Я хочу, — признание вырывается из него, вороша все недолеченные раны, полученные, когда она ушла от него.
— Ты сказал мне что я никто, — Рей тихонько всхлипывает.
— Но не для меня.
— Комплименты так не работают, Бен, — всхлип превращается в усмешку. — Ты не можешь сказать что-то жестокое, а потом некое нерешительное предостережение.
— Нерешительное… — он выдыхает разочаровании, подавляя первый рефлекс — гнев. — Мне жаль. Я не имел в виду, что ты не имеешь значения. Это было больше похоже на… ты пришла из ничего, а я из всего. Но наше происхождение не имеет значения, не тогда, когда у нас есть мы.
— Тогда почему ты сразу это не сказал, дурачок, — еще больше слез льется по ее щекам.
— Рей, ты знаешь когда кто-то считал меня за человека в последний раз? Наверное никогда, — он снова издает странный звук из подертого горла. — Я был монстром с того момента как родился. Я… я не знаю как это делается, — его пальцы дрожат на ее щеках.
— Что делается?
— Как говорить с тобой. Как предлагать тебе… — он внезапно прерывается. — Черт. Ты никогда не хотела то что я тебе предлагал.
— Возможно, — она произносит это, приближаясь к нему ближе. — Я никогда не понимала что ты предлагаешь на самом деле. Может тебе стоит попробовать снова.
Его сердце бьется настолько сильно что он может умереть от приступа просто на месте.
— Я не могу. Если ты уйдешь… А ты уйдешь, Рей, все всегда уходят. Я моргну и ты исчезнешь, и в этот раз я не смогу это принять, — ее очертания размываются, а его глаза наполняются бесполезными слезами. Из горького опыта он знает, что плач ничего не изменит, но заставит его чувствовать себя жалким. Это не остановило его детские кошмары. Это не помешало Хану и Лее отказаться от него. Это не остановило решение Люка. Это не помешало Сноуку пытать его.
Это не заставило Рей остаться в прошлый раз, не заставит и в этот.
Связь между нами становится сильнее, это правда. Но это не значит что я исчезну, — она плачет теперь в открытую.
— Позволь мне, Бен. Позволь мне найти свет в тебе. Позволь мне прийти к тебе. Позволь мне помочь тебе.
— Мне уже ничего не поможет, — он шепчет, но как же он хочет обратного. — И я не стою усилий.
В ответ Рей приближается еще ближе и целует его.
Он не осознает что происходит. Ее губы прижимаются к его губам, мягкие, на вкус они соленые от ее слез. Она двигается осторожно, как крылья бабочки на ветру.
Почему она вообще его целует?
Ее поцелуй становится все настойчивее, и, медленно, Кайло открывается для нее, как распускается цветок от первого дуновения ветра весны. Это все, что он хотел, и даже больше, и именно поэтому он страшно боится что это обман. Галлюцинация. Одна из манипуляций Сноука, которая показывает ему его самое страстное желание, только чтобы потом забрать это навсегда.
— Это по настоящему? — спрашивает он, когда она прекращает поцелуй чтобы посмотреть на него.
Она убирает руки от его лица, и страх проходит по спине Кайло от мысли что она сейчас уйдет, но она берет его за запястья и кладет его ладони на свою талию. Он не верит, но она забирается на его колени и обнимает его за шею.
Он не дышит. Рей, на его коленях, сильна и теплая. Луч света проникает просто в его душу, вынуждая зажечься там целое солнце.
— Это реально, — отвечает она. — Если это то что ты хочешь, что ты предлагаешь.
— Это так. Я хотел предложить тебе себя, Рей.
— Не галактику? — она смотрит на него с тревогой в глазах. — Не место в Первом Ордене?
— Я не думал что ты согласишься, если я предложу тебе только себя, — он никогда не ощущал себя полноценным, с такой несчастной жизнью.
— Ты только единственное что я хочу из сделки, — она снова целует его, губы слегка касаются его губ, на сладкое мгновение, а потом она снова отклоняется. — Я все еще хочу тебя. Но без Первого Ордена.
— Рей, — его грудь и горло сдавливает паника. — Без Первого Ордена я никто, только бешеный зверь.
— И я никто, — она слегка улыбается. — Давай будем никем вместе. Оставим все позади. Начнем все заново.
Пугающе то, насколько сильно он хочет этого. Она, конечно же, не имеет это в виду. И даже если имеет, то в итоге она бросит его, а он останется без единственной вещи, которая придает ему значение.
— Я не могу тебе ничего предложить, — говорит он. Его губы покалывают от ее поцелуев. — Я разрушен. Мои пороки это основа меня, — неправильный сын, неправильно использует Силу, и, теперь, неправильный тип тирана. Он плохо управляет галактикой, хотя достаточно умело завоевал ее.
— Ты не разрушен, — теперь ее черед гневаться. — Ты просто делаешь неправильный выбор.
— Ты просто хочешь в это верить, ты не знаешь…
— Замолчи, — она рычит, затем наклоняется, чтобы болезненно поцеловать. Кайло вздрагивает от грубого контакта, затем стонет, глубоко, нужденно, скуляще. Он прижимает ее ближе, не в силах помочь себе. Она здесь, прикасается к нему, целует его, и он никогда не хочет ее отпускать. Он хочет приковать ее к себе, чтобы она никогда не могла сбежать, но он знает, что ни один из них не будет счастлив с такой связью. Рей хочет отдать себя свободно, а Кайло…