– Да, и я приятно удивлена, что он нормальный парень. В смысле, – поспешно добавляет Хлоя, как только я вскидываю брови, – я, конечно, знала, что он не отморозок. Но за все время знакомства мы перекинулись от силы парой слов, а вместе с компанией своих друзей Сойер создает впечатление парня из южного района, от которого стоит держаться подальше. Плюс драки в школе. А о слухах их поведения вне школы я вообще молчу. Потасовки и алкоголь…
– Это называется «выступление в баре, в котором можно заработать деньги».
– Я о другом, но думаю, ты понимаешь, что я имею в виду, говоря о репутации его группы. Даже директор драмкружка вчера засомневалась, стоит ли звать «Мерсер» участвовать в такой важной постановке.
– Если сильно опасаешься ребят, то почему предложила им участвовать?
– Слышала, как они играют. Они звучат слишком хорошо, это именно то, что мне нужно. Я не сомневаюсь, что они хорошие ребята, иначе бы ты не дружила с одним из них, но все равно немного опасаюсь.
К сожалению, я понимаю предубеждения насчет группы. Митч, бас-гитарист, бросил школу в прошлом году, к тому же он живет в трейлерном парке, а к этому у многих людей пренебрежительное отношение. И никому не интересен тот факт, что Митч оставил школу, чтобы устроиться на работу и помочь матери-одиночке прокормить трех младших сестер и брата. Нико – ударник, часто срывает уроки и рад влезть в конфликт, хотя дома с молчаливой выдержкой терпит удары пьющего отца-тирана. По вечерам он убирается в захудалом спортзале «Деф», благодаря чему может бесплатно заниматься там. Не знаю, насколько часто он тренируется, потому что тощим телосложением больше напоминает барабанную палочку. А Зак, уже бывший солист «Мерсер», сидит в исправительной колонии за распространение и торговлю запрещенными веществами, хотя по факту даже не знал, что несет в том рюкзаке, который его старший сводный брат попросил отнести со словами: «Друг забыл, занеси ему, если не в лом. А еще он мне денег должен, заберешь и возьмешь оттуда себе пару баксов, сводишь девчонку в кино». Лучше бы Заку было в лом.
При всем плохом в перечне их заслуг парни из «Мерсер» – хорошие ребята, но каким-то образом постоянно умудряются найти приключения на задницу.
Стадион разочарованно охает, когда во второй четверти матча «Красные волки» выходят вперед, обыгрывая «Северных звезд» на два очка. Тренер Брайт орет на команду, и в особенности на Каллума. Его форма уже испачкана следами травы после того, как он проехался по земле пару ярдов, пытаясь завести мяч в зону «Волков». Мне даже не нужно видеть лицо Каллума, чтобы понять: слушая крик отца, он улыбается. Не знаю, как это работает, но, чем хуже «Звезды» играют в первых четвертях, тем лучше Брайт проявляет себя в последней. Создается впечатление, что он делает это специально: ждет, когда команда будет в отчаянии, зрители на трибунах поникнут, и тогда он, как гребаный мессия[16], подарит Ноттингему победу.
Миссис Кинни недовольна нашим выступлением, и сильнее всего Линдси, которую Ви взяла вместо Клариссы. Она не успела толком подготовиться: отстает, забывает кричалки и движения, из-за чего сильно заметно, как нарушается наша синхронность.
Разогрев зрителей между четвертями, мы с девочками смотрим на команду «Волчиц», прыгающих в красной форме с помпонами. Ненавижу красный.
– Ни черта не умеют, – делает вывод Ви. – Еще чуть-чуть, и флайер левого фланга воткнулась бы головой в землю.
Меня не столько интересуют соперницы, сколько Сойер, рядом с которым на зрительских трибунах сидит Фелисити. Мои родители всегда приходят на матч, чтобы поддержать меня, и даже сейчас мама указывает на «Волчиц», а затем опускает большой палец, показывая, что они отстой. Она проделывает так каждый матч и сделает это, даже если на стороне противника будут выступать акробаты «Цирка дю Солей».
Когда я отпрашивалась на вечеринку, родители попросили меня взять Фелис с собой и присматривать за ней, выполняя роль няньки и охранника в одном лице, и я совсем не рада тому, что согласилась.
Постучав Сойера по плечу, Фелисити указывает на поле, говоря что-то. Он склоняется к ее уху, чтобы ответить, и она смеется.
– Сучки идут, – предупреждает Ви, когда «Волчицы» возвращаются с поля.
Джессика поправляет на предплечье красную повязку капитана, Ви тут же складывает руки на груди, демонстрируя свою – обязательный вражеский ритуал. Я сотни раз представляла себя на этом месте, репетируя надменный взгляд перед зеркалом. Однажды папа застукал меня за этим занятием и назвал «Оменом»[17]. В любой другой ситуации я бы обиделась, но взгляд мальчика-антихриста тоже отлично подходит для приветствия врага.
– Ваши парни просто находка, – радостно пропевает Джессика, намеренно задевая Ви плечом. – Они вообще умеют играть или в Ноттингеме во все команды набирают дилетантов, включая чирлидерш?
– Сними корону, – отвечает Ви, – разница всего в два гребаных очка.
– Плевать на игру, что с вашей техникой? Где взяли программу, у учениц младшей школы?
