Я почувствовала, как волна ярости захлестнула меня. Не раздумывая, я схватила лист бумаги, разорвала его на мелкие куски и бросила прямо на его стол.
— Ты думаешь, что избавишься от меня, сунув этот дурацкий документ?! — выкрикнула я, голос дрожал от боли. — Ты трус! Вот кто ты! Переспал — и теперь решил просто стереть меня из своей жизни?
— Селин, тише, — его голос стал резким, и он быстро оглянулся на дверь. — Нас могут услышать.
— О, теперь ты боишься, что об этом узнают? — я не могла больше сдерживать свои эмоции, голос срывался, а слезы жгли глаза. — Ты ведь сам этого хотел, Арман! Или это я тебя заставила?!
Он быстро поднялся из-за стола и подошел ко мне, хватая за запястье.
— Селин, хватит, — прошептал он сдавленным голосом, нервно оглядываясь на дверь. — Ты не понимаешь, что делаешь.
— Я прекрасно понимаю! — вырвала руку и шагнула назад. — Ты хочешь, чтобы я просто исчезла, будто ничего не было? Чтобы я ушла, потому что тебе так удобно?!
— Это не так просто, как тебе кажется! — он понизил голос, но в его взгляде вспыхнула злость. — Если ты продолжишь так себя вести, мы оба всё потеряем! Ты потеряешь мужа, а я друга, свой бизнес.
— Потеряем?! — я горько усмехнулась. — А ты уже не потерял, Арман? Ты даже не пытаешься! Всё, что тебе нужно, — избавиться от меня и сделать вид, что этой ночи не существовало!
— Замолчи, — его голос стал тверже, и он шагнул ко мне, заглядывая прямо в глаза. — Ты не знаешь всех обстоятельств.
— Тогда объясни мне, черт возьми! — выкрикнула я, чувствуя, как меня трясет от боли и гнева.
Он закрыл глаза, сдерживая себя, будто боролся с желанием накричать в ответ.
— Мой бизнес падет, если это всплывет наружу, — произнес он, опустив голос почти до шепота. — Я пытался всё уладить по-хорошему. Но ты делаешь это только сложнее.
— Уладить?! Ты думаешь, я просто подпишу заявление и исчезну из твоей жизни, как будто меня никогда не было? Из-за чокнутого бизнеса? — мои слова прозвучали громче, чем я хотела, и я заметила, как он снова бросил тревожный взгляд на дверь.
— Замолчи! — резко прошипел он, схватив меня за плечи. — Ты не понимаешь, что можешь разрушить свою семью, Селин. Я думаю и о тебе. Пойми, наши отношения запретные.
Я попыталась вырваться, но он держал меня крепко. Мы стояли так близко, что я слышала, как он тяжело дышит. Его глаза, полные ярости и страха, впивались в мои, и на мгновение я почувствовала себя парализованной.
— Отпусти меня, Арман, — процедила я сквозь зубы, вскидывая подбородок. — Если хочешь, чтобы я ушла, придется постараться больше, чем просто дать мне подписать заявление.
Его хватка ослабла, и он убрал руки, будто обжегся.
— Ты упрямая, Селин, — выдохнул он. — Но это не изменит сути.
— И что же это за суть, Арман? Что я для тебя? Ошибка? Временное увлечение? Или просто женщина, которая оказалась не в том месте?
— Прекрати… — его голос сорвался, и я впервые увидела, как он теряет контроль.
Но вместо того чтобы отступить, я сделала шаг вперед.
— Нет, Арман. Это ты прекрати. Хватит прятаться за своими правилами и заявлениями. Ты знаешь, что я права.
— Ты права? — он вскинул брови, и в его голосе зазвенела насмешка. — В чем, Селин? В том, что твоя наивность затмила здравый смысл? Или в том, что ты думаешь, будто можешь бросить мне вызов?
— А ты думаешь, что можешь просто управлять всем вокруг?! — выпалила я, сжимая кулаки. — Людьми, чувствами, ситуацией?! Арман, я не твоя игрушка, которую ты можешь использовать, а потом выбросить, когда она тебе мешает!
— И это говоришь ты? — он рассмеялся коротко и зло. — Ты вбежала в этот офис как ураган, сожгла всё вокруг, а теперь делаешь вид, что ничего не произошло?
— Я ничего не сожгла! Это ты всё разрушаешь! — я подошла ближе, чувствуя, как злость буквально кипит во мне. — Ты! Своим страхом, своей трусостью!
— Трусостью? — он шагнул ко мне, и теперь наши лица оказались на расстоянии нескольких сантиметров. Его глаза метали молнии. — Ты понятия не имеешь, через что я прошел, чтобы построить этот бизнес. Ты не понимаешь, сколько я поставил на кон. И ради чего? Чтобы ты теперь всё разрушила из-за своих детских капризов?
— Капризов?! — я не выдержала и толкнула его в грудь, но он остался на месте, как стена. — Я для тебя только каприз, Арман? А когда ты шептал мне на ухо, что хочешь меня… когда смотрел на меня так, будто весь мир перестал существовать — это тоже был каприз?!
Его лицо исказилось, как будто мои слова ударили его сильнее, чем мои руки. Он схватил меня за запястья, притянув ближе, так что я почувствовала жар его дыхания.
— Да, черт возьми, Селин! — выкрикнул он, а его голос эхом отозвался в комнате. — Это была ошибка! Прекрасная, мучительная ошибка, за которую я теперь плачу!
— Для тебя это ошибка, а для меня — самое настоящее чувство!
— Чувства? — он отпустил мои руки, будто они обожгли его. — Ты замужем, Селин! Ты играешь с огнем, который может уничтожить нас обоих!
— Потому что ты боишься! — выкрикнула я, уже не сдерживая слез. — Боишься признать, что хочешь меня так же, как я тебя!