– А мы разве есть не будем? – спросила она, когда я открыла холодильник.
Захлопнув дверцу, я бросила миску на островок и ушла в свою комнату, не глядя на маму.
Немного поспав, я опять вышла в коридор. До меня донесся мамин голос из гостиной: она рассказывала кому-то по телефону об отсутствии Эли. Несколько секунд спустя я догадалась, что на другом конце провода – тетушка.
– Как же нам быть? – пронзительным от беспокойства голосом спросила мама.
Я не стала дослушивать окончание разговора и вернулась к себе, закрыв дверь.
На следующее утро за мной приехала Йайа. Она позвонила накануне вечером и предупредила, что мы посетим четыре школы модельеров. Я не сказала о поездке маме, поскольку не хотела больше выслушивать ее нотации. К тому же… несомненно, она скажет, что именно из-за этого Эли вчера не приехал, пусть даже он сам спросил меня, чем я хочу заниматься, и выглядел вполне довольным моим ответом. Кроме того, мне не хотелось брать ее с собой, а она непременно захочет поехать, чтобы следить за каждым моим словом и шагом.
Поэтому я, как обычно, позавтракала и искупалась, затем надела джинсы, рубашку с рукавом три четверти и черные туфли на плоской подошве. Из комнаты я вышла, только когда раздался звонок в дверь.
– Ты не предупредила, что приедет Йайа, – обвинила меня мама.
Йайа стояла рядом с ней в облегающих штанах из добротной африканской ткани с золотистой кружевной вышивкой, в черной футболке и разноцветных бусах; красные сандалии на высокой подошве подходили к сумке-шопперу.
– Добрый день, – поздоровалась я, игнорируя мамины обвинения.
– Привет. – Йайа приобняла меня.
– Мы уезжаем, – сообщила я маме, прежде чем она успела пригласить гостью войти.
– Ох! Куда же? Почему ты не предупредила? Я не собралась. – Мама опустила взгляд на юбку и мятую бело-голубую футболку «Женской гильдии».
– Я думала, ты предпочтешь посмотреть телевизор, – ответила я.
Мама нахмурилась так, что кожа на лбу сложилась в гармошку.
– Ничего, я сейчас быстренько искупнусь и… – Она направилась в свою комнату.
– Ма, слишком много времени уйдет: тебе еще надо одеться и поесть. Может, отдохнешь дома? Мы скоро вернемся. – Я взглянула на Йайю в поисках поддержки – судя по безразличному выражению ее лица, ей было все равно. Прежде чем мама успела ответить, я открыла входную дверь.
– О? – выдохнула мама, впившись в меня колючим взглядом, – она раскусила мои намерения.
– Все, мы пошли, – бросила я через плечо. Йайа попрощалась и последовала за мной.
Йайа ездила на серебристой «Тойоте Камри», такой же, как у меня. Интересно, сколько их у семьи? К моему удивлению, водителя в машине не оказалось – за руль села сама Йайа. Я даже не знала, что у нее есть права. В Хо золовка всегда ездила с матерью или Ричардом.
Она обгоняла машины на однорядных дорогах и упрямо не пропускала водителей тротро[20], которые подбирали пассажиров на обочине и пытались втиснуть свои поцарапанные и помятые бамперы в нашу полосу. Я была в восхищении и немного в ужасе. Заметив, как мои пальцы сжимают дверную ручку, Йайа рассмеялась.
– Не волнуйся, со временем привыкнешь к местному движению.
Мне удалось выдавить из себя усмешку.
– Итак, как поживаешь? – спросила она.
– Нормально.
– Тебе здесь нравится?
– Да, тут неплохо.
– Как все прошло с фо Эли?
– О, хорошо. Ему понравились мои угощения.
– Здорово, – улыбнулась Йайа и, к моему облегчению, замолчала.
Первая школа располагалась в районе Дзорвулу, менее чем в получасе езды от «Королевского двора».
– Одна из лучших, – сообщила Йайа, выходя из машины.
Я удивилась, поскольку здание не производило особого впечатления. Оно совсем не походило на те, которые я видела на телеканалах про моду, когда мама выпускала из рук пульт от телевизора. На самом деле школа была даже не школой, а жилым домом, переделанным под коммерческое здание.
Мы вошли в маленькие ворота и ступили на дорожку, вдоль которой стояли горшки с цветами и росли манговые деревья. Она вела к большому сараю, где группа людей измеряла, резала, прикалывала, шила, гладила и развешивала ткани. Вдоль одной стены выстроился ряд безголовых манекенов, а на столах под навесом стояли различные машинки и инструменты – электрические швейные, для изготовления пуговиц и утюги.
– Доброе утро, – поздоровалась Йайа, и стоящие неподалеку ей ответили.
Знакомое жужжание швейных машинок становилось громче по мере приближения к дому. Войдя, мы миновали кухню и оказались в небольшой комнате, переоборудованной в кабинет, где встретили крупную женщину, чье лицо расплылось в улыбке при нашем появлении.
– Иди ко мне!.. – С этими словами она обняла Йайю.
– Вижу, у тебя все в порядке, – заметила та.
– Милостью Божьей. – Женщина предложила нам присесть, указав на стулья, заваленные образцами тканей всех мыслимых и немыслимых расцветок и узоров, а также журналами мод. Мы перетащили вещи на стол и сели, после чего Йайа представила хозяйке меня:
– Сара, это моя невестка, Афи. О ней я тебе говорила.
– Да-да, – покивала Сара; голова у нее словно крепилась непосредственно к плечам.
