XXIII тысячелетие. Александра Арефьева живет в мире, где право на рождение доступно не каждому. Ей говорили, что остаток жизни она проведет за стенами закрытой агломерации, где рожденные вне закона отдают долг обществу, пребывая в унынии и серости. Ей внушали, что тяжелая работа и постоянная необходимость выживать – это всё, на что она может рассчитывать. В её голове пульсировала мысль, что свобода – это то, чего она никогда не получит. И это было правдой. Ровно до тех пор, пока девушка не достигла самого дна и там, стоя на обломках прежней жизни, среди хаоса и произвола, вдруг не осознала, что в её жизни всё может быть совсем по-другому. Надо лишь рискнуть и совершить прыжок в неизвестность…Комментарий Редакции: Леденящая кровь антиутопия о пределе человеческих возможностей, которую фрагментами можно наложить и на сегодняшнюю реальность. Книга Евы Домбровской позволяет зацепиться за мысль о том, действительно ли мы проживаем ровно ту жизнь, которую хотим сами?
Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)
В оформлении использована иллюстрация: © liuzishan / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.ru
Октябрь 2220 года близился к концу. Яркое рыжее солнце скользило по величественным индустриальным зданиям Третьей Агломерации и нещадно слепило людям глаза, отражаясь от зеркальных стен небоскребов. Блеск и переливание отраженных лучей вездесущим потоком разносились на десятки километров в округе.
Рослый молодой человек крепкого телосложения поспешно вышел из парадных дверей одного из таких высотных зданий и нырнул в толпу прохожих. Это был Никита Панферов.
Он направлялся в центр города, прокладывая себе путь сквозь бесконечные потоки людей. Пространство вокруг было наполнено оглушающими звуками. Болтовня горожан по VR-фонам, пульсирующие вибрации оживленных электромобильных проспектов, гудение монорельса и гул воздушной трассы, пролегающей в ста метрах над головой, образовывали невыносимый непрерывный шум. Уже через двадцать минут Панферов вошел наконец в темный, прохладный тоннель, ведущий в подземную часть города, и погрузился в спасительную тишину и полумрак. Сквозь толщу земли и бетона сюда не пробивались ни шум, ни утомительный солнечный свет. Никита сел на фуникулер, доставлявший пассажиров в нижние районы, и чем глубже он спускался, тем прохладнее и умиротвореннее становилось вокруг.
Из своей кабины Панферов с любопытством наблюдал за тем, как причудливо под ним петляли улицы Нижнего города, освещенные мерцанием огней и голографических вывесок. Он неожиданно пришел к мысли, что, пожалуй, подземные районы являются его любимым местом во всей Агломерации.
Когда Никита вновь почувствовал под ногами асфальт, он взял курс на массивное здание спортивного комплекса, располагавшееся в паре кварталов от канатной дороги. В этом здании у него была назначена тренировка.
– Саш, привет! Извини, опоздал. Ты разогрелась? – спросил он девушку, которая терпеливо ждала его в полной экипировке вот уже сорок минут – одна в пустом и безлюдном зале.
– Привет! Да, я готова … – робко ответила она, приподнимаясь со своего места.
В сравнении с Никитой девушка выглядела довольно хрупкой, и голос ее звучал как-то неуверенно.
– Вызвали на работу, в Промышленный округ. Сказали на пару часов, а получилось… – объяснил Панферов. – В общем, я переодеваюсь и сразу начинаем! Врубай тренировочный экземпляр.
Александра послушно кивнула в ответ. Когда Никита скрылся в раздевалке, она направилась в смежную со спортивным залом комнату, где стояли на подзарядке тренировочные экземпляры – машины, исполненные в человеческий рост, строением своим в точности повторяющие внешний вид homo sapiens.
Корпус роботов был покрыт искусственным материалом, который по текстуре своей напоминал человеческую кожу. Лицо, руки и силуэт этих машин при беглом взгляде легко могли ввести в заблуждение, будто это настоящие живые люди.
В каждый такой тренировочный экземпляр загружалась специальная программа, которая превращала машину в незаменимого помощника при освоении новых навыков. Те роботы, что стояли в комнате перед Сашей, предназначались для проведения спаррингов, а также для отработки ударов и приемов в различных видах боевых искусств.
Переключив тумблер, Александра Арефьева отступила в сторону, наблюдая как ее потенциальный «партнер» на сегодняшнюю тренировку резко ожил и пришел в движение.
«Следуй за мной», – девушка дала команду и направилась обратно в спортивный зал. Машина проследовала за ней размашистыми, тяжелыми шагами. Услышав команду «Стоп», робот остановился в центре спортивной площадки и встал в исходную боевую позицию. К этому моменту вернулся и Никита, облачившийся в свою экипировку.
– Ну, что, готова? Нет? – добродушно спросил он, заметив, как взгляд Александры неподвижно застыл на массивном корпусе робота. Она будто оцепенела от одной мысли, что сейчас ей придется отрабатывать удары на этой адской машине, которая была на три-четыре головы выше ее и раза в два шире в плечах.
– Сань, ты норм? – еще раз повторил Никита, на этот раз громче.
Саша, наконец, очнулась и сделала знак, что все в порядке.
– Тренер попросил научить тебя делать подсечки. Работать будем с этим красавцем, – Панферов похлопал робота по плечу, словно это был его старый добрый приятель. – Он хорош в своем деле. Тренироваться с ним – все равно что тренироваться с реальным человеком. Только
– Ну, так… Я еще не тренировалась на нем, – призналась Саша, пытаясь управиться неловкими тонкими пальцами с застежкой на защитной перчатке.
– Если подсечка выполнена правильно, срабатывают сенсорные датчики, и робот падает, – пояснил Панферов. – Если подсечка выполнена неправильно, то машина продолжает двигаться, пока ты не сделаешь все, как нужно. Давай сперва я покажу, как надо, а потом перейдем к отработке.
