Ответные действия власти в этой ситуации объяснимы логикой классовой борьбы. Власть хорошо понимала, с чем имеет дело. Во все эпохи, во всех странах власть, столкнувшись с крестьянским пассивным протестом, вела себя однотипно: крестьян ставили на грань голода и применяли коллективную ответственность за невыполнение требований власти.
Пассивное сопротивление крестьянина проявляется посредством общинной солидарности, соответственно в таких случаях власть всегда наносит удар по общине, раскалывая ее голодом и подавляя террором ощущение возможности победы.
Коллектив эффективнее всего подавляется убийством наиболее беззащитной его части — стариков, детей, женщин. Само пассивное сопротивление — это форма сопротивления не воина, а именно слабой части социума: женщин, стариков и т. д. Потому и ответный удар наносится именно по ним, так как такой удар обычно деморализует крестьян-мужчин и сопротивление прекращается.
Именно так вели себя немецкие оккупанты на Украине, в Белоруссии, в России, Польше, Югославии во время Второй мировой войны. Немцы успешно стабилизировали бы репрессиями свой тыл — и в начальный период войны такая стабилизация им вполне удалась, — если бы не организованная партизанская война, развернутая воюющими армиями в тылу немцев.
СССР не имел зерна, чтобы в 1933 году прокормить в стране всех. Дилемма состояла в том, какой характер примет голод: будут ли голодать города и армия, или будут голодать крестьяне в части регионов. И при выборе того, в каких регионах будут голодать крестьяне, власть, судя по всему, сознательно выбрала именно те, где пассивное сопротивление было наиболее заметным, те, где процент госпоставок был наиболее низким.
