— Береги себя, Сергей, — глухо ответил спецназовец, все еще не желающий уходить. — Помни о своем обещании и не скатывайся обратно во мрак.
Собеседник коротко кивнул и повернулся к сыну. Во взгляде Аида не промелькнуло ничего похожего на теплоту или любовь. Но все же какая-то чудом не истлевшая часть изувеченной души медиума дорожила этим мальчишкой. Единственным значимым для инфестата наследием, которое оставила после себя его возлюбленная. Изюм понимал это и без всякой эмпатии. Однако для юного Дамира такие материи оказались слишком сложны. Он так и не смог увидеть, что скрывает отец за своей невыразимой суровостью и жестокостью. Но, быть может, когда-нибудь пацан дозреет до осознания…
Они так и разошлись, не сказав друг другу ни слова. Секирин лишь стоял, как мрачный идол, посвященный богу смерти, и смотрел вслед удаляющемуся с Максом и Артёмом подростку.
— Нова-один, на позиции!
— Нова-два, на позиции!
— Чарли-три-пять, окна под контролем!
— Чарли-один, почти зачистили парковку.
Эфир не замолкал ни на секунду. Американский спецназ совместно с военными слажено реализовывали многократно отработанные протоколы. Можно сказать, что операция проходила рутинно и буднично. Прямо как на учениях. Единственное, что сегодня было настоящим, это цели.
— Сраные трупаки! — выругался один из бойцов. — Откуда их столько повылезало⁈
— Ты поменьше болтай, Шон, — посоветовал ему напарник, — да стреляй точней.
— Ха-ха, Джеймс, но тогда тебе совсем никого не достанется! — азартно выкрикнул солдат, меняя опустошенный магазин. — Я уже поджарил около дюжины зомбаков!
— Поздравляю, — сухо кивнул товарищ, — впечатляет.
— То-то же!
— А у меня уже почти два десятка.
— Что-о-о⁈ — Шон с таким возмущением уставился на сослуживца, что тот не смог сдержать улыбки. — Ты прикалываешься, мэн⁈ Когда успел⁈
— Просто не отвлекался на всякую чепуху, как ты.
— Ну, это мы еще посмотрим! — боец порывисто дернул затвор, досылая патрон. — Ставлю сотню баксов, что к концу заварушки я обойду тебя!
— Если только будешь считать каждого своего за двоих, — поддразнил приятеля второй штурмовик, умудряясь одновременно и вести беседу, и отстреливать нежить. — Да и то не факт.
— Не дождешься! Шон Гампбел никогда не мухлюет в пари!
Следующие десять минут правительственные войска провели как на стрельбище. Тупые зомби бродили вокруг здания Бюро и не представляли особой опасности. Некоторые трудности доставили только бывшие защитники офиса, замотанные в «Крисалисы». Каким-то образом парни подставились и стали жертвами инфестата. Не уберегли себя, да упокоит всевышний их души. А теперь нападающий, отчаянно пытаясь спасти свою шкуру, отправил их всех разом на улицу. На убой.
Но и с ними достаточно быстро разбирались ребята на броне. Стоило дать несколько прицельных очередей из тридцатимиллиметрового орудия, и мертвецы разлетелись на кровавые брызги вместе с защитными костюмами. И когда уже регулярная армия поверила в успех, перестала ждать каких-либо подвохов, нежить принялась вытаскивать из здания живых людей…
— Святая Дева Мария… — Джеймс оторопело отстранился от наглазника прицела. — Шон, ты это видишь?
— Да, мэн… и что нам делать? Мы же их зацепим…
— Сейчас, подожди, я уточню у сержанта.
Но не успел боец обратиться к командиру отделения, как поступило всеобщее распоряжение:
— Вниманию всех подразделений! — зашелестели динамики раций и персональных гарнитур. — Не сбавлять огневой напор! Не допускать сближения!
— Но там же… гражданские… — одними губами произнес Шон.
— Приказ есть приказ, — невозмутимо пожал плечами напарник, после чего снова прижался щекой к прикладу и нажал на спусковой крючок.
— Мэн, это неправильно… так нельзя…
— Работай, Шон, — посоветовал Джеймс в перерывах между выстрелами, — иначе тебя с позором уволят за неисполнение приказов. Ниже рядового званий не бывает. Второй провинности тебе уже не спустят.
Солдат покосился на абсолютно спокойного соратника и не стал ничего отвечать. Предпочел изобразить, что ведет огонь, но сам стрелял только в том случае, когда гарантированно бы не задел никого из заложников. Но, к сожалению, не все штурмовики были столь же щепетильны. Не один и не два раза военный видел в окуляре прицела, как пули шьют насквозь несчастных сотрудников Бюро. А потом и вовсе прозвучал крайне жестокий приказ:
— Внимание! Ликвидировать заложников! Повторяю, ликвидировать заложников! Не позволяйте нежити замкнуть круг!
Не успели бойцы толком осмыслить сказанное, как в их передовых рядах появился мужчина в бронекостюме, но без шлема.
— Исполняйте, недоумки! — прокричал он. — Быстро!!! Иначе дома вас вместо жен и подружек встретят одни лишь их остывшие тела! Ну же!!!
После этого на башне ближайшего к парочке солдат бронетранспортера ожила автоматическая пушка. Mk-44 выкашивала всё и вся на парковке перед Бюро. Ее тяжелые пули пробивали автомобили с такой же легкостью, с какой палец протыкает стенку мыльного пузыря. И очень скоро вместо людей на асфальте осталось только копошащаяся кашеобразная масса, в которую полетели снаряды пехотных огнеметов.
