Странный шум, внутри явно что–то неладно… То падет, то скребёт, то будто шары катает. Неужели на едине с собой так себя ведёт на первый взгляд робкая и тихая девушка? Нет, её внешность обманчива, своё демонское нутро она уже показала. Но всё же, почему не откликается? Вдруг что–то случилось и ей нужна помощь? Опять что–то с силой грохнулось и рассыпалось. Здесь точно не всё в порядке! Ей нужна помощь! Благородный порыв заставил парня открыть дверь и шагнуть внутрь.
— Рара, прости, что вламываюсь, просто тут было открыто, а ты не отвечала… Меня послала офицер Элиза уточнить кое–какие моменты поединка… Я слышал странный шум… Может тебе помочь?..
Девочка с голубыми волосами сидела на полу на коленях и с трудом пыталась утрамбовать под кровать большую коробку. Услышав Оди, она будто хищник, почуявший добычу из засады, медленно повернула голову и уставилась на пацана холодным взглядом убийцы. Парень опешил, но в тот же момент из–под кровати вывалилась–выкатилась–выползла дюжина, не меньше, маленьких черепашек.
Девушка наставила на новичка огромный блестящий револьвер и голосом матёрого головореза приказала:
— Закрыл дверь! Быстро!
Очкарик не смел ослушаться, моментально вышел вон и закрыл за собой дверь. Пытаясь понять, что это было, Оди хотел уйти, но дверь снова тихонько скрипнула, вылезшая рука схватила за шкирку и рывком утащила обратно в комнату.
— Ты что, действительно думал, что Рара вот так просто тебя отпустит? — постучала та дулом пистолета по очкам. — Если да, то ты не так умён, как кажешься. Ты слишком много видел. Поэтому слушай меня внимательно, если хочешь жить. Никто. Слышишь? Никто не должен знать о черепахах, ни из твоих, ни из моих. Даже Аерик.
Пацан осторожно качнул головой, указывая взглядом куда–то в центр комнаты. Голубоволосая медленно покосилась в ту сторону. Пока Рара и Оди «мило» беседовали, черепашки разбежались по всему полу, а вместе с ними и их родители: Караваджо и Караваджо Два.
— Что, опять?.. — монотонно промычала девушка и обречённо упала на колени, собирать всех в развалившуюся коробку. — Помогай, чего встал? — продолжала мычать она, не поворачиваясь к очкарику.
Парень послушно встал на четвереньки и пополз по комнате, подкидывая черепашек к Раре в кучу.
— Что ты планируешь с ними делать? — спрашивал он, ползая кругами.
— Ничего, — сухо отвечала девочка, — Будут жить здесь, как и раньше.
— А если их найдут?
— Не найдут, если ты не проболтаешься, — строго глянула на парнишку Рара.
— Нельзя их здесь оставлять.
— И что ты предлагаешь, умник?
