— Ну да, прибрано. Нет, конечно, иногда бывает беспорядок. Он ведь много работает, у него же защита скоро. Но в целом всё нормально.
— И когда же он думает защищаться? — поинтересовался Василий. Он уже допил свой стакан и теперь просто сидел, внимательно слушая дочь.
— Скоро уже. Аспирантуру закончит и сразу.
— Слышишь, Ольга, — Василий мечтательно потянулся, — наш сын станет кандидатом наук! Ты только подумай, каких мы с тобой детей вырастили. Ещё со школы понимали, что учиться надо, а не дурака валять. Вдолбил им отец в голову, что ученье — свет, а неученье — тьма! И теперь посмотри: старшая дочка уже получила высшее образование, младшая тоже скоро уже закончит. А Серёжка скоро станет кандидатом наук! Ты подумай только, Серёжка!
Василий довольно улыбнулся, заложил, как всегда, руки за голову, затем посмотрел на Марусю и спросил:
— А ты собираешься в эту, в аспирантуру поступать?
— Ой, папка, не знаю. Как получится. Я же на втором курсе только. Мне ещё рано об этом думать.
— А вот тут ты ошибаешься! Сейчас как раз самое время начинать думать. Поверь отцу, он зря не скажет.
— Серёжа тебе не говорил, когда он домой собирается? — робко спросила Ольга.
— Ты что, мама! — воскликнула Маруся почти с возмущением. — Ты не понимаешь, что ли? У него же сейчас самая горячая пора, столько работы — подумать страшно! Пока не защитится, вряд ли приедет. Некогда ему.
— Ну и правильно, — нехотя согласилась мать. — У него сейчас дело должно быть на первом месте.
Василий игриво ухмыльнулся, подмигнул Марусе и посмотрел на жену.
— А может, мы сейчас пропустим по рюмочке, а? В честь приезда дочки.
— Не хочу, устала, — тихо проговорила Маруся.
— Ещё чего выдумал! — закипятилась Ольга. — Алкаш! Будешь мне тут спаивать ребёнка!
— Ну всё, всё! Не хотите — не будем.
Маруся улыбнулась, оглядела родителей, постаравшись это сделать как можно более любящим взглядом, и устало сказала:
— Спать хочется.
— Конечно! — своим обычным заботливо-суетливым тоном ответила Ольга. — Давно спать пора, а ты ещё с дороги, устала.
Она встала и повела Марусю в её комнату. Оставив дочь там, вышла и вскоре вернулась с охапкой постельного белья. Бельё было очень знакомым и на шершавой обивке кровати, куда Ольга его положила, смотрелось чрезвычайно по-домашнему.
«Как здорово! Бельё в цветочек! И не накрахмаленное, а нормальное — нежное», — подумала Маруся, с отвращением вспомнив казённое постельное бельё с лиловыми печатями, которое им выдавали в общежитии. Она хотела помочь маме заправить в пододеяльник одеяло, тоже до невозможности знакомое и пахнущее домом, но та воспротивилась:
— Ещё чего! Ко мне дочка приехала, а я ей постель не постелю?
Тогда Маруся подошла к окну и, пока Ольга стелила, смотрела на незнакомый вид пустынного микрорайона. Дома только начинали заселяться, и горели лишь редкие окна, за которыми виднелись голые стены необжитых квартир. Маруся скользила по ним утомлённым взором, пытаясь увидеть людей, но не отдавая себе в том отчёта и ни о чём не думая. Из оцепенения её вывел голос матери:
— Ложись, доченька, я сейчас тоже спать лягу.
Маруся посмотрела на Ольгу и вдруг поняла, как её мама устала за этот день.
— Я сейчас тоже спать лягу, — повторила Ольга, в то время как Маруся не могла смотреть на её тяжёлые редкие морщины. — Сейчас, только посуду помою и мешки из-под мусора постираю — и лягу.
— Прости, мама, что ты постираешь? — Маруся была уверена, что ослышалась.
— Мешки из-под мусора, знаешь? Которые Лидушка купила, когда с тобой приезжала, помнишь? Говорит, чего это папка, когда с утра мусор выносит, должен с ведром возвращаться, и купила мне. Долго они валялись, всё как-то я про них забывала, а потом подумала: дай-ка попробую. И правда, оказалось удобно. Теперь папка на работу идёт, берёт с собой мешок с мусором. Мусор высыпает, а мешок в карман.
— Господи, мамочка, он же грязный, из него же вытечь может! Карман испачкает.
— Так в кармане-то у него другой мешок лежит, чистый. Он грязный мешок в чистый кладёт, и в карман. А с работы приходит, я оба мешка стираю.
— Мама! — с умилением воскликнула Маруся. — Мусор надо выкидывать вместе с мешком!
— Как с мешком? Зачем? — судя по интонациям Ольги, эта мысль показалась ей абсурдной.
— Они же, мама, одноразовые!
— И кто это тебе сказал? Это если неаккуратно пользоваться. А если аккуратно пользоваться, они долго не рвутся.
— Да неужели тебе больше делать нечего, как их стирать! — возмутилась наконец Маруся.
— А долго ли! — засмеялась Ольга. — Раз-раз и готово.
— Но зачем
это надо, мама? Они же дешёвые! Сколько они стоят? Семь тысяч? Восемь? Их же надолго хватает! Ты что, не можешь себе позволить раз в два месяца купить мешки для мусора?!
— Так и это деньги, доченька, — ответила Ольга. — Копейка рубль бережёт. Я лучше тебе их пошлю. Или в посылку что-нибудь куплю.
— Много ты на них купишь! — сквозь зубы пробурчала Маруся.
Ольга посмотрела на неё как на очень-очень маленькую.
— Это ты пока так говоришь. А вот начнёшь работать, узнаешь цену копейке.