Но как женой поэта быть?Увы, конечно, нелегко.Жена и муж – иголка-нить,А здесь – как старое трюмо.Кто в середине, по бокам,В том отраженье – ерунда…Готов молиться всем богам,Чтоб ты мелькала в нём всегда.Меня за многое прости,А не простишь – и так сойдёт.Ты не сердись и не грусти,Поэт – он часто идиот.Бреду всегда тебе вослед,И даже если впереди.Сейчас ты слышишь этот бред?Ты очень строго не суди.С тобой ругаюсь – мочи нет,Но без тебя берёт тоска.Ты – мой по жизни амулет,А я – через ручей доска.2015 г.<p>На последнем витке</p>Я пошёл на последний виток,Всё былое собрав в багаже.Ничего не возьмёшь туда впрок,Сам себе я кажусь неглиже.Я хочу ещё кон доиграть,Только трудно играть в духоте.Мне на старость свою наплевать,Только силы вот стали не те.Я увидел Бессмертный наш полк,Слава Богу, что Крым теперь наш.Это кто там затравленный волк?!Мы сыграем ещё «баш на баш».Я во внуках своих прорасту,Скажут: дед наш большой был чудак,Сантиментов боясь за версту,Жизнелюб и отнюдь не дурак.Мне ещё бы немного успеть:Долюбить, дописать, доласкать.Говорят – «свою песню допеть»,Ну а там, может, встречу я мать.2015 г.<p>Токката Иоганна Баха</p>Из сообщений: после обстрела Донецка повреждён концертный зал, уникальный орган не пострадал.
Токката Баха над Донбассом,Орган совсем не повреждён.Там Иоганн рокочет басом:«Донецк не будет побеждён!»Мы не закончили с Бандерой,Хатынь к возмездию зовёт.«Галичину»[14] бы – к высшей мере…Хоть мы совсем не злой народ.Бывает, долго запрягаем:Не та дуга, плохой хомут;Да только мы, поверьте, знаем,Как можем драться, коль прижмут.А вы, дрожащие левретки,Зачем медведя так дразнить?Ну, вспомните, как ваших предков,С Кремлём учили мирно жить.2015 г.<p>«Бухгалтер Освенцима»</p>В Германии состоялся судебный процесс над бывшим членом СС, 93-летним Оскаром Гренкингом, сотрудником лагеря смерти Аушвиц-Биркенау (Освенцим). Гренкинга обвиняют в причастности к убийству 300 тысяч человек. Он изымал личные вещи и деньги у прибывавших. Его прозвали «бухгалтером Освенцима».
Из газет 
