«Так тихо, словно все умерли!» — вдруг подумала Айана. Она закусила губу: внутри снова поднимался страх, предупреждая, что он никуда не делся. Да что же это с ней!
Она так и не придумала никаких возражений против обвинений, которые, возможно, предъявит ей Тан, предъявят остальные. Пусть сначала выскажутся. Девушка даже не знала, осталась ли она сама собой в этом новом мире. Возможно, что-то на этой планете повлияло на её разум, выбило её из привычной жизненной колеи. Пожалуй, так думать было утешительней, чем сознавать внутри себя страшную, сводящую с ума ненормальность по сравнению с другими.
В каюте тоже было пусто, и кроме того отсутствовал защитный костюм Тана. Значит, Тан ушёл. Но — куда?
Айана поднялась в рубку управления. Там тоже никого не было. Куда же они все делись, оставив её одну? В пустом корабле, на планете, откуда их предки скрылись после такой катастрофы, о которой не рискнули даже оставить упоминаний…
Почти падая, она сбежала по трапу вниз, в каюту Джейселя и Массы. По пути она учуяла запах пищи и заглянула в кухонный отсек. Там за столом сидела Масса, держа на коленях миску с горячим питательным составом. Никаких следов мужчин в столовой…
— Масса!
Та подняла глаза, и Айана поразилась её виду, забыв, что хотела расспросить, где же мужчины.
Масса была старше Айаны на один или два планетарных года. Но вокруг неё всегда витал ореол такой уверенности, что само её присутствие, несмотря на привычную неразговорчивость, успокаивало. Возможно, отборочная комиссия признала её годной к полёту именно из-за этого свойства, полезного для команды.
Масса всегда держалась замкнуто и умела поставить кого угодно на место. Наверное, Джейселю это не мешало, когда он оставался с Массой наедине. Но Айана, всегда потихоньку завидуя Массе, ни разу не видела, чтобы та в чём-либо хотя бы однажды выступила против Тана.
Однако сейчас Масса не выглядела как обычно, невозмутимо-спокойной. Она будто не спала всю ночь, и глаза её были красными и запавшими, как после долгого плача. Она взглянула на Айану с нескрываемой ненавистью.
Но именно враждебность в качестве хоть какой-то эмоции пробила стену равнодушия между двумя женщинами. Может быть, Масса тоже поняла, что Джейсель стал другим?
— А где Тан и Джейсель? — Айана проскользнула вдоль пищевой установки, налила себе миску питательного состава. Она старалась не обращать внимания на настроение Массы. Более того, сам факт, что Масса тоже нервничала, подействовал на Айану успокаивающе.
