Два приятеля – Виктор и Антон, сотрудники московской строительной фирмы, – находят на улице загадочные кулоны. Прикола ради надевают их и обнаруживают, что кулоны способны переносить своего владельца куда угодно. Хоть внутрь запертого банка. Виктор этим свойством немедленно воспользовался и поимел неприятности с законом, да еще и приятеля подставил. И вот на Антона выходят два Ивана Андреевича. Один – милицейский следователь. А другой… К счастью для себя, Антон Богатырев встретился с другим. Иван Андреевич номер два предложил ему новую работу: стать межзвездным курьером. Антон, разумеется, согласился, он страстно любил путешествовать. Откуда ему было знать, что от скромного межзвездного курьера зависят судьбы целой Галактики?!
– Домой идешь? – заглянул в кабинет Виктор.
– Да, письмо электронкой скину и иду. Давай внизу через пять минут, лады? – Антон потянулся и взглянул на часы.
– Давай, – на ходу бросил Виктор и захлопнул дверь.
Антон поморщился от слишком громкого звука, еще раз потянулся, взглянул на захламленный бумагами и всякой канцелярской ерундой стол и привычно пообещал себе, что завтра точно наведет порядок. Вот прямо с утра, честное слово… Отправил письмо, встал, переложил несколько бумажек с места на место. Надел перед зеркалом ветровку, взял портфель и уже от дверей спросил:
– Алексей Васильевич, я пойду?
– Угу, – не отрывая глаз от монитора, кивнул шеф.
«Пасьянс не идет», – оценил Антон неразговорчивость шефа и попрощался:
– До свидания!
– До свидания, Антон, до свидания…
Антон сбежал вниз, отметил карточкой-пропуском у турникета свой уход и вышел на улицу.
– Пошли?
– Или на дежурке доедем? – Виктор посмотрел на низкие тучи – У тебя зонт есть? У меня нет.
– И у меня нет… – Антон посмотрел на дежурку, стоящую в конце парковки, куда активно грузились офисные примадонны. – Да ладно, пошли.
– Маль-чи-ки! Вы е-де-те? – закричала нараспев, высунувшись из окна, самая энергичная из теток.
«Мальчики» переглянулись и хором, не менее энергично ответили:
– Нет, мы прогуляемся!
– Спасибо! – добавил Антон.
Приятели повернулись и пошли к метро. До Шаболовки они обычно добирались вместе. Дальше Антон ехал к себе на Фили, а Виктор в Бутово, в недавно купленную однушку, которой стеснялся и не любил в Москве и гордился в родном Брянске. Идти было недалеко, но не так, чтобы и близко – минут 15—20. Успели обсудить пару офисных сплетен, планы на далекие еще выходные и уже добрались до квартального отчета, который им, как младшим, придется «собирать» по отделам и оформлять до вида «не стыдно генеральному показать». И тут Антон дернул Виктора за рукав:
– О! Глянь!
– Да вижу, – поморщился Виктор, освобождая пальто. – Брось, мало ли что…
Но Антон уже схватил с парапета, отделяющего сквер от тротуара, металлическую коробочку, размером и видом напоминающую контейнер для стерилизации шприцев, разве что углы не были скруглены, а крышка отделялась тонкой линией. Антон начал вертеть ее в руках, ежеминутно оглядываясь по сторонам в поисках растяпы, потерявшего такую замечательную вещь:
– Да не, прикольная… Смотри, словно из одного куска железа сделана… Или нет, не железа, скорее из алюминия… Хотя нет, для алюминия тяжеловата…
– Ну, давай, открывай уже! – не выдержал Виктор, на секунду позволив себе выйти из образа английского джентльмена.
– Угу, сейчас…
Антон осторожно потянул за край крышки, которая неожиданно резко открылась.
– Ой! – Он чуть не выронил коробочку. – А ты говоришь брось!
Внутри, на каком-то материале, напоминающем серый бархат, но почему-то не оставляющем сомнений, что он из того же металла, что и сама коробочка, лежали два медных кругляша.
– Монеты? – удивился Виктор.
– Скорее медали… Смотри, знаки какие… Да и на медали не похоже… Скорее кулоны… Хотя нет, слишком большие.
Монеты-медали размером были чуть больше десятирублевок и примерно в два раза толще. На этом сходство с деньгами заканчивалось. Во-первых, сверху была просверлена дырочка. Во-вторых, знаки, нарисованные на них, были вдавленными – сразу под дырочкой что-то, напоминающее стилизованную пару крыльев птицы, еще ниже – стилизованный же знак «вода» из двух волнистых линий. Антон осторожно поддел монету и перевернул – на обороте было изображение, напоминающее то ли паука, то ли звезду с расходящимися лучами-линиями. Сверху и снизу шли какие-то цифры.
– Дай посмотреть! – выхватил монету из рук Антона Виктор.
– А что это?
– А я знаю? Слушай, я одну заберу, – не то спросил, не то поставил в известность Виктор.
– Пожалуйста. Ладно, пошли. – Антон захлопнул коробочку и сунул ее в портфель. – Точно под дождь попадем…
Распрощавшись на платформе «Октябрьской» с Виктором, Антон втиснулся в вагон метро. Переходы, а особенно пассажиры, сопровождающие его до станции «Фили», не располагали к размышлениям, но странная находка не шла из головы. Антон попробовал еще раз рассмотреть находку, но с одной стороны руку с портфелем прижал шумно сопящий мужик, а с другой стороны стояла симпатичная девушка, старавшаяся не касаться его (что у нее не получалось) и все заметней красневшая. Антон постеснялся елозить, чтобы не смутить соседку еще сильнее, и до своей станции доехал спокойно, в голове прикидывая, чем заняться дома.
Почти через час забежав по дороге в продуктовый, Антон торопился домой. Погода к тому времени совсем испортилась: навстречу порывами дул ветер, гоня грязные листья и какой-то неаккуратный мусор, а небо почти легло на землю, грозя разразиться вселенским потопом. Фонари раскачивались на столбах так, что, казалось, сейчас оторвутся. Пригнувшись и прикрывая рукой рот, чтобы было чем дышать, Антон почти бежал. Впервые за два года после гибели родителей ему захотелось домой.