Он ожидал увидеть всего пару записей, так как полёт, по идее, был очень коротким, но всё оказалось немного иначе. Похоже, вести журнал стали чуть ли не с начала постройки корабля. Записи пестрели терминами, формулами и выкладками, касающимися принципов действия гипердвигателя, программы подготовки экипажа, прогресса работ и так далее, и тому подобное.
— Чёрт, чтоб разобраться в этом потребуется не один час, — Лёша покопался во встроенном в скафандр мини-компьютере, и с его помощью установил соединение с терминалом капитана, начав передачу бортового журнала и базы данных на карту памяти. Весь процесс занял около шести минут, завершившись сообщением «Передача завершена. Общее количество переданной информации — 50 Тбайт». — Сколько? — Романенко не поверил своим глазам. — Они, что, Российскую национальную библиотеку сюда запихнули? Ладно, потом разберёмся.
Дальнейший осмотр ничего особенного не выявил, да Алексей особо и не надеялся. Вся необходимая информация по случившемуся с кораблём должна была быть в базе данных, которую он уже скачал. Закончив дела на мостике, он спустился к Громову в машинное отделение, где, кроме главного инженера, его ожидал и Юрий.
— Осталось извлечь ещё два инжектора, — сказал Михаил, взглянув на капитана.
Алексей обратил внимание на десяток инжекторов, аккуратно уложенных в кейс для транспортировки.
— Они точно нам подойдут? — Романенко вдруг представил, как старые и громоздкие инжекторы прошлого поколения не влезают в современные слоты, и как им приходиться всё-таки извлекать замену из варп-двигателя, и внутренне содрогнулся. Было бы крайне обидно потратить время впустую.
— Да, я проверил их с помощью портативного сканера. Они полностью совместимы с нашими двигателями, всё по действующему стандарту. Так-с, остался ещё один… — Громов положил в кейс свежеизвлечённый инжектор и снова полез в двигатель, через минуту достав оттуда последний. — Всё, я закончил.
— Вот и славно. Говорит Делькапо, телепортируйте нас назад.
Не прошло и секунды, как их тела превратились в энергию и материализовались на платформе транспортёра. Там их уже ожидал Горюнов.
— Как всё прошло? — полюбопытствовал он.
— Двенадцать новеньких инжекторов, — Громов демонстративно приподнял кейс. — Я сейчас же заменю вышедшие из строя, с вашего разрешения, — Алексей кивнул, и Громов, не медля, вышел из транспортного отсека.
— Я нашёл на мостике тела трёх офицеров, — Лёша с Владимиром и Юрием направились следом. — Думаю, они погибли мгновенно, но чтобы выяснить, что случилось, нужно проанализировать бортовой журнал и базу данных. Я загрузил их в память мини-компьютера.
— С миссией это нам не поможет, но разгадать одну из самых больших загадок десятилетия будет очень любопытно, — Горюнов кивнул.
— Я загружу все данные на сервер корабля, чтобы желающие могли ознакомиться на досуге, — Романенко подошёл к терминалу.
Скорость чтения/записи у новых микросхем памяти была гораздо выше тех, что располагались на «Спринтере», так что все 50 Тбайт были загружены всего за 1 минуту 42 секунды. После чего Романенко, наконец, смог снять, уже успевший надоесть, скафандр.
— Осталось ещё около 500 прыжков до предположительного местонахождения креатонцев, — сообщил Эрик. — Не так уж и много, если учесть, сколько мы уже преодолели.
— Скорее бы мы долетели, а то меня уже мутит, — Светлана положила голову на ладони.
— Голова болит? — обеспокоенно поинтересовался Гена.
— Ага, очень, — Новицкая потёрла лоб левой рукой, затем закрыла глаза и принялась массировать виски.
— Тебе нужно в медотсек.
— Нет-нет, всё в порядке, я… всего лишь… Сейчас, только минутку… И… — речь Светланы оборвалась, и она, потеряв сознание, упала с кресла на палубу.
— Медотсек, говорит капитан! Нужна срочная медицинская помощь!
— У вас повышено артериальное давление. Сейчас я вколю вам лекарство, которое снизит его, — сказал доктор Штейн.
— Спасибо, док, — ответил Лёша. — Надеюсь, это поможет.
— Поможет, правда временно, — Штейн вздохнул. — Скажите, вас не беспокоят головные боли?
— Бывает, — Лёша кисло поджал губы, припомнив с полдюжины приступов за последние пару дней.
— Не так давно ко мне стали обращаться члены экипажа с жалобами о нарушении сна, головных болях и обмороках. И таких жалоб становиться всё больше. Некоторые не спали нормально по 2–3 дня!
— Чем это вызвано?
— Предполагаю, что в этом виновны постоянные гиперпрыжки.
— Но гиперпрыжки же совершенно безопасны, — немного неуверенно возразил Алексей. — Ведь так же написано в медицинской базе данных?
— Да, так там написано, — Руперт согласно кивнул. — Но до нас люди не совершали такое количество прыжков подряд за столь короткое время.
— Хорошо, допустим, что виноваты гиперпрыжки, тем более, что других причин, вроде как, и нет… — Романенко помедлил. — Можно как-нибудь устранить эти побочные эффекты? — он с надеждой взглянул на доктора.
