– Не очень.
– Ладно. Мы потом вернемся сюда, старик, – сказал человек в красной чалме, потом поклонился укротителю змей и снова вернулся на дорогу.
Он поспешно пошел по направлению к развалинам, где здесь и там стояли и лежали девушки, женщины и мужчины. Подойдя ближе, он услышал шум и брань. Все бросились к тому месту посмотреть, чем кончится крупная ссора между цыганом и турком.
Лаццаро, – человек в красной чалме был он, как уже, наверное, отгадали читатели, – по-видимому, хотел сначала убедиться, не нашли ли Реция и Саладин себе убежища в развалинах.
У входа в них, вся сгорбившись, сидела на корточках старая цыганка.
Лаццаро подошел к ней.
– Уходишь ли ты каждое утро вместе с другими в город или остаешься здесь? – спросил он ее.
– Я не могу больше ходить, господин, я всегда здесь, – отвечала горбатая старуха.
– Не приходили ли вчера или сегодня новые бесприютные искать здесь убежища?
– Да, сударь, целая толпа пришла сегодня ночью.
– Не было ли между ними девушки с мальчиком?
– Ты говоришь о женщине с ребенком на руках?
– Каких лет был мальчик?
– Не старше четырех лет.
– Нет, я говорю не о том, я спрашиваю о…
На этом самом месте разговор их был прерван. На дороге Лаццаро увидел принца, без проводника приближавшегося к развалинам. Он был в европейском костюме, с чалмой на голове. Хотя платье его и было из лучшей материи, но ничто не обличало в нем его высокого звания, тем более что он шел пешком. Однако по рукам его, обтянутым перчатками, можно было угадать в нем знатного турка.
Лаццаро отошел от цыганки и медленно пошел навстречу принцу, делая вид, что принадлежит к обитателям развалин. Принц Юсуф, увидев его, знаком подозвал к себе.
– Ты живешь здесь? – спросил он.
– Да, знатный господин, – отвечал тот в полной уверенности, что принц не узнал его, тем более что он был в турецком кафтане и чалме, и к тому же стемнело.
– Я отыскиваю здесь одну девушку из Скутари, – продолжал Юсуф. – Знакомо ли тебе это место?
– Да, знатный господин, я был прежде слугой в доме мудрого толкователя Корана Альманзора.
Принц был поражен.
– Ты знаешь и дочь его? – сказал он.
– Рецию, знатный господин?
– Мне сказали, что она с мальчиком отправилась сюда.
– Дочь Альманзора? Тогда я знал бы об этом. Нет, знатный господин. О, если бы мне только увидеть ее! Нет, знатный господин, ее здесь нет.
– Нет? Ты точно это знаешь?
– Так же точно, как то, что над нами Аллах. Так ты, знатный господин, ищешь прекрасную Рецию?
– Странная встреча, – задумчиво произнес Юсуф. – Ты, значит, был слугой в доме ее отца?
– И ропщу на Аллаха, что не могу быть им более. Мудрый Альманзор не вернулся, единственный сын его убит, весь дом опустел. Но знаешь, что я думаю? Там, в Скутари, живет старая Ганифа, прежняя служанка и наперсница дочери Альманзора, не у нее ли приютилась прекрасная Реция?
– Очень может быть. Знаешь ли ты эту служанку? Знаешь ли, где она живет? – быстро спросил Юсуф.
– Да, знатный господин.
– Можешь ли ты проводить меня к ней?
– Сейчас, если прикажешь.
– Так пойдем же, проводи меня, я награжу тебя за это.
– Какую хорошую, беззаботную жизнь вел я прежде, пока еще жив был мудрый Альманзор, – сказал Лаццаро, немедленно собираясь сопровождать принца. – Что это было за время! Хотя там и не было распущенности, а соблюдались чистота и строгий порядок, но нам было хорошо. Как любящий отец, заботился Альманзор обо всех… Мы должны вернуться сюда на дорогу к серальскому шпицу, знатный господин, – перебил он свою речь. – Оттуда мы должны переехать в Скутари.
– Там ждет меня моя яхта.
– Тем лучше. Я сейчас же увидел, что имею дело со знатным господином, – льстивым тоном сказал коварный грек, вместе с принцем Юсуфом удаляясь от развалин. – Да, чудное было это время. Как ропщу я на Аллаха, что мудрый Альманзор не вернулся.
– Теперь ты без места? – с участием спросил Юсуф.
– После такого доброго господина трудно отыскать себе нового.
То обстоятельство, что этот человек знал Рецию и был слугой в доме ее отца, расположило принца в его пользу. В душе он решил уже взять его к себе в услужение.
– Как темно здесь, у платанов, – сказал он после небольшого молчания, вместе с Лаццаро подходя к тому месту дороги, где сидел старый укротитель змей.
Глаза грека беспокойно забегали, отыскивая старого Абунеца.
– Здесь темно, знатный господин, но с той стороны падает лунный свет на нашу дорогу, – сказал он так громко, что укротитель змей должен был его слышать, если он был еще поблизости. – Не сказал ли ты давеча, что прекрасная Реция имела при себе мальчика?
– Да, десятилетнего мальчика, так сказали мне недавно в Скутари.
– Проводнику твоему, который может быть твоим слугой, ничего не известно об этом мальчике, – продолжал Лаццаро еще громче. – Если бы я только знал…
В эту минуту между старыми, тенистыми деревьями возле дороги что-то зашевелилось.
– Кто тут? – громко спросил принц Юсуф.
