Новая цель (СИ) полностью

Лишившись контроля, тело Понурого плавно опустилось на колени, и замерло. Его разум сейчас был далеко… или наоборот ближе, чем когда-либо, тут уж как посмотреть. Я оставил двоих зомби для охраны его тушки, так что он не пропадёт. Многого, конечно, гнилушки не навоюют, но от них этого и не требовалось: подхватить некроманта на руки, и быстро убежать они вполне в состоянии.

— Пошли малышка. — я развернулся в сторону гнездовья Рухов — Мы сделали всё что могли. Остальное теперь зависит от него.

— А… — малышка запнулась, неуверенная что хочет услышать ответ — Что от него требуется?

— Да ничего особенного. — хмыкнул я — Всего-лишь проснуться, не сойдя с ума. Ничего более.

— Вот как? Что в его… сне… такого жуткого?

— Ничего. Совершенно ничего. Отсутствие всего, включая пространство и время. Провести вечность в состоянии голого сознания, не каждый способен. В каком-то смысле это можно назвать обратной медитацией. Если оригинал требует почувствовать одновременно всё своё тело, его окружение, войти в резонанс с миром, и прочую дребедень то тут… Скажем так: нужно избавить мир от себя, если эта фраза имеет хоть какой-то смысл.

— А ты… — несколько напряжённо взглянула на меня Туна — Ты испытывал что-то подобное?

— Частично. И у меня это по большей части стёрлось из памяти. — я нахмурился, вынужденно начав копаться в не самых приятных вещах, из самых глубин своей черепушки — Было несколько моментов. Ещё при… жизни… Самый показательный случился, когда я был ребёнком. Лет шесть, или восемь. Тогда я заболел… сильно. Еда не усваивалась, поскольку переваривалась слишком хорошо. Подробности опущу, но тогда я не мог есть больше недели. А поскольку я и до этого не особо любил хорошо питаться, моему организму было просто неоткуда брать энергию. В конце той недели я уже фактически не был живым: так, недоразумение застрявшее на пороге Смерти чуть дольше чем нужно. Я не помню как меня сумели вытянуть. Собственно я вообще эту неделю не помню лично: только по рассказам матери. Однако у меня остались эмоции от того времени. И откровенно говоря: это довольно забавно.

— Забавно?! — ужаснулась моим словам малышка

— Угу. У меня из памяти словно вырвали кусок. Будто не было этой вынужденной голодовки. Однако я знаю, что она была. Я знаю, насколько мне было больно. Я знаю, как первые три-четыре дня мне было страшно. Но я не знаю, что я испытывал в конце той недели. Но… эмоции об этой… пустоте, что осталась в моей памяти, у меня совершенно не негативные. Но и не позитивные: их вообще нету. Как-бы это объяснить поподробнее… Словно на месте этого эпизода моей жизни осталось пустое место. Я не хочу вновь голодать, и я не хочу чувствовать боль. Я боюсь Смерти… Но я хочу вновь познать ту близость к ней, которой не было. Как-то так.

Туна молчала долго. Секунд тридцать, не меньше. Наконец она со вздохом подлетела, уселась мне на плечо, и обняла за шею:

— Ты странный.

— Я знаю.

Движение вперёд быстро сменялась движением вверх, так что вскоре малышка вынуждена была вернуться в карман: горная атмосфера оказалась ей не по душе. Однако полностью скрываться в нём она не собиралась, высунув наружу мордашку, и забавно вращая ей из стороны в сторону.

Пока Туна развлекалась разглядыванием окрестностей, я перебирал невольно вернувшиеся воспоминания. Я ведь рассказал фее лишь один эпизод, а было их немало… Падение с высоты третьего этажа головой на бордюр, насаживание затылком на стальной крюк для одежды, попадание под машину… И это только то что я запомнил. По большей части такие моменты у меня моментально и практически полностью забываются. Наверно это естественно: защитная реакция организма и всё такое. Однако мне приятно думать что это нечто особенное. Романтизировать пустоту в голове, возникающую после того, как ты побывал на пороге Смерти… Немногие способны на такое. Малышка права: я странный.

Но что ещё мне делать, если эти провалы у меня занимают большую часть головы?

Я умею учится на своих ошибках, так что негативные мысли не помешали мне заметить нечто живое, засевшее в расщелине (не уверен правда, что именно это слово будет правильным) умело скрытой между скалами. Эдакая небольшая вертикальная трещина, аккуратно прикрытая камнем, и сильно расширяющая внутри. Определить что именно являлось источником жизни я не мог: во первых оный находился довольно далеко, а во вторых был под неким маскирующим покровом. Последний факт меня естественно заинтересовал, и я решил забить пока на Рухов, гнездовье которых находилось существенно выше, и исследовать расщелину.

А заодно: в который раз убедиться, что любопытство до добра не доводит. Реши я тогда залезть выше, и с лёгкостью смог бы заметить, что кое-что было не так. Но обо всём по порядку.