Он не вызывал подозрений. Высокий, стройный мужчина с аккуратно зачесанными назад темными волосами, в солнцезащитных очках, в черной шелковой рубашке с коротким рукавом и джинсах. В руках длинная коробка для цветов, перевязанная красивой розовой лентой.…Оказавшись на чердаке типовой многоэтажки по улице Косыгина, он открыл коробку и извлек из нее снайперскую винтовку «СВД» с глушителем и ночным прицелом.Прильнув к окуляру, стрелок ясно увидел перед собой подъезд соседнего монолитного клубного дома. Расстояние до него было почти идеальным — триста метров.Человек не спеша изготовился к стрельбе и стал ждать.
Он не вызывал подозрений. Высокий, стройный мужчина с аккуратно зачесанными назад темными волосами, в солнцезащитных очках, в черной шелковой рубашке с коротким рукавом и джинсах. В руках длинная коробка для цветов, перевязанная красивой розовой лентой.
…Оказавшись на чердаке типовой многоэтажки по улице Косыгина, он открыл коробку и извлек из нее снайперскую винтовку «СВД» с глушителем и ночным прицелом.
Прильнув к окуляру, стрелок ясно увидел перед собой подъезд соседнего монолитного клубного дома. Расстояние до него было почти идеальным — триста метров.
Человек не спеша изготовился к стрельбе и стал ждать.
Примерно через час к подъезду подъехал представительский черный «Ауди А8».
Из автомобиля проворно вылезли водитель и телохранитель. Один из них, среднего роста коренастый блондин, отправился обследовать подъезд, а второй, высокий атлетически сложенный брюнет, подошел к задней двери Ауди, где на заднем сидении находился их босс.
Когда блондин, проверив подъезд, дал отмашку, брюнет открыл дверь черного седана, откуда вылез высокий и довольно грузный мужчина лет пятидесяти. Вдвоем с телохранителем мужчина подошел к услужливо распахнутой перед ним двери.
В это время, задержав дыхание, снайпер совместил его лицо с перекрестием прицела и плавно надавил на спусковой крючок…
Он открыл глаза. Спать уже не хотелось, зато можно было еще поваляться. Лежи себе, сколько хочешь, хоть до самого вечера. Ведь сегодня долгожданная суббота. Тем более, что вчера он, адвокат Василий Кравчук, отмечал оправдательный приговор, вынесенный его подзащитному, бизнесмену Федору Минку. Не сказать, что Василий был с дикого бодуна, но — голова раскалывалась, лицо оплыло, а во рту так же сухо, как в прокладке «Carefree» посреди знойной аравийской пустыни.
К тому же ночью спалось плохо. Мучили кошмары. Казалось, нет силы, способной оторвать его от подушки.
Но такая сила нашлась. Нажав на кнопку телевизионного пульта, Кравчук услышал голос дикторши:
«…И мы возвращаемся к главной новости. Сегодня, около часа ночи, в Москве, у подъезда своего дома по улице Косыгина, был убит известный предприниматель Федор Минк. Как уже сообщалось ранее, накануне он был оправдан Зюзинским районным судом Москвы. Минку инкриминировался целый ряд преступлений, но суд счел его вину недоказанной. Как удалось узнать нашему корреспонденту, в Минка стреляли с крыши соседнего дома. Стрелял снайпер из винтовки Драгунова, которая найдена там же. Единственная выпущенная из нее пуля угодила Минку в висок. На месте преступления всю ночь работала следственно-оперативная группа. Это убийство уже вызвало большой общественный резонанс. На место происшествия ночью прибыли прокурор города, руководитель городского следственного комитета и начальник ГУВД…»
Василий пораженно уставился в экран телевизора, где в это время мелькали кадры, снятые съемочной группой. Труп Федора Петровича с раскинутыми в стороны руками лежал на асфальте. Вокруг натянуты сигнальные ленты. Место происшествия оцеплено. Из-за спин сотрудников милиции видно, как работают эксперты. Щелкают фотовспышки. На заднем плане две машины с крутящимися синими проблесковыми маячками…
Сонливость мгновенно улетучилась. Быстро умывшись и приведя себя в порядок, Василий вышел из дома. После выпитого накануне за руль ему садиться было нельзя. Слава Богу, до офиса пешком было от силы минут двадцать.
Зачем он пошел на работу Василий и сам не знал. Но дома находиться он не мог. По дороге Кравчук набрал номер своего старшего коллеги, адвоката Маковского, с которым они вместе защищали покойного, но телефон Александра Яковлевича был отключен.
Василий кинул взгляд на часы. Без пятнадцати десять. После ночного дождя было еще свежо, хотя солнце уже припекало. День обещал быть жарким — все-таки середина июля, лето в самом разгаре.
По дороге он купил в ларьке жвачку и «Антиполицай», а также бутылку холодной минералки, которую тут же осушил одним залпом, после чего сунул под язык темную таблетку, убивающую все запахи изо рта.
Мысли роились, не позволяя сосредоточиться. «Кто это мог сделать? Почему именно вчера?..».
Придя в офис, Василий тяжело опустился в кресло. Хорошо, что сегодня суббота и на работе никого. Включив компьютер, он тупо уставился в монитор. За тот год, что он работал по делу Федора Петровича, Кравчук успел с ним подружиться и проникнуться к этому человеку искренним уважением и симпатией. По его мнению, Федор Минк был человеком глубоко порядочным и честным. Кто же его мог убить? И за что?..
Теплым июльским вечером 2008 года, закончив телефонный разговор, адвокат Василий Кравчук расслабленно откинулся на спинку кресла в своем офисе. Наконец-то полоса финансовых неурядиц, преследовавшая его последнее время, останется позади.
Вот оно, по-настоящему серьезное дело. Только что ему позвонил его бывший однокурсник и успешный адвокат Моисей Гольдшмидт и предложил взяться за защиту бизнесмена Федора Минка.
