Новая весна полностью

Вероятно, Суан о чем-то ненароком проговорилась, или, может, обнаружили ее записную книжку с именами, или... Впрочем, совершенно не важно, как это произошло. Должно быть, Сайрин как-то прознала, прознала обо всем. И похоже, что она послала Суан вернуть Морейн – чтобы на долгом обратном пути каждую изводили тревожные мысли о своей участи и мучило беспокойство за подругу. Может статься, Морейн чересчур дала волю своему воображению и понапридумывала ужасов, но иного объяснения она найти была не в состоянии.

В сотне шагов от гостиницы Суан опять обернулась, подождала немного, чтобы подруга наверняка ее увидела, а потом юркнула в переулок. Морейн ускорила шаг и последовала за ней.

Рослая Суан расхаживала между незажженными масляными фонарями, что цепочкой протянулись вдоль всего узкого пыльного закоулка. Ее простое синее платье несло на себе следы долгого пути – оно было помято, запылено, в брызгах грязи. Ничто не могло испугать Суан Санчей, дочь рыбака из Тира, но сейчас в ее пронзительных голубых глазах читался страх. Морейн открыла было рот, чтобы спросить, не подтвердились ли ее собственные страхи о Сайрин, но подруга заговорила первой:

– О Свет, я уж думала, никогда не разыщу тебя! Чтоб мне сгореть, Морейн, скажи, что ты нашла его! Скажи мне, что это мальчик Надзимы! Мы передадим его Башне под присмотр сотни сестер, и на этом – все.

Сотня сестер?

– Нет, Суан, это не он, – ответила Морейн. Похоже, дело не в Сайрин. Но откуда в голосе подруги такая дрожь? – А что случилось? Почему ты не прислала весточку, а сама заявилась?

Суан заплакала. Суан, у которой сердце льва! Слезы катились по ее щекам. Обхватив Морейн руками, Суан крепко обняла ее – у Морейн даже ребра заныли. Она вся дрожала.

– Я не могла довериться голубю, – пробормотала Суан, – или кому-то из «глаз-и-ушей». Я не посмела... Они все мертвы, Айша и Керене, Валира и Людис, и Мейлин. Сказали, что Айшу со Стражем убили в Муранди разбойники. Керене, по слухам, во время бури упала с корабля в Аргуэнью и утонула. А Мейлин... Мейлин... – Слезы душили ее, и она не могла продолжать из-за рыданий.

Морейн тоже обняла подругу, что-то успокаивающе шепча и оцепенело глядя поверх плеча Суан.

– Несчастные случаи бывают, – медленно промолвила она. – И разбойники попадаются. И бури случаются. Айз Седай смертны, как и все люди.

Морейн и сама с трудом верила своим словам. Все пять сестер сразу? Бывало, ее отец поговаривал, что один раз – случайность, два раза – может быть совпадением, но три или больше несомненно указывают на действия твоих врагов. Он утверждал, что где-то вычитал эту фразу. Но какие враги? Морейн постаралась поглубже загнать пришедшую на ум мысль. Кое о каких вещах порой невыносимо даже подумать.

Суан отстранилась, высвободилась из объятий Морейн.

– Ты не понимаешь! Мейлин!.. – Морщась, Суан яростно вытерла глаза. – Рыбий потрох! Попробую пояснее. Возьми себя в руки, дура проклятая! – Последние слова она прорычала, обращаясь к самой себе. Подведя Морейн к перевернутой бочке, она усадила подругу и движением плеч скинула со спины котомку. Судя по всему, это были все пожитки, с какими Суан отправилась в путь, и на смену у нее имелось, пожалуй, разве что еще одно платье. – Присядь-ка лучше, а то на ногах не устоишь, когда услышишь, что я тебе расскажу. Будь я проклята, меня и саму ноги бы не держали.

Подтащив поближе ящик с выбитыми планками, Суан устроилась на нем. Она разглаживала юбки, беспрестанно поглядывая в сторону улицы, ворча на заглядывавших в переулок прохожих. У Морейн тревожно ныло под ложечкой, а явное нежелание подруги говорить ничуть ее не успокаивало. Как, впрочем, и саму Суан. Когда Суан заговорила снова, то ей пришлось сглотнуть, точно ее мутило.

– Мейлин вернулась в Башню почти месяц назад. Почему, я не знаю. Она ничего не сказала, ни где была, ни куда отправится. Просто собиралась остаться на несколько ночей. Я... О Керене я услышала утром того дня, когда вернулась Мейлин, а о других еще раньше. Поэтому я решилась поговорить с Мейлин. И не смотри так на меня! Я знаю, что значит быть осторожной!

Осторожной? Суан? Морейн едва не рассмеялась. Хотя она понимала: если рассмеется, то может и сама залиться слезами. Это какое-то умопомрачение. Наверняка это должно быть какое-то безумие. Морейн затолкала вселяющую ужас мысль подальше. Должно найтись и другое объяснение. Обязательно должно найтись, как же иначе...

– В общем, я тайком пробралась в апартаменты Мейлин и спряталась под кроватью. И слуги не заметили меня, когда перестилали постель. – Суан горестно хмыкнула. – Там я и уснула. Меня разбудило солнце, но постель была не смята. Утром убраться оттуда незаметно оказалось непросто, но я сумела выскользнуть за дверь, никому на глаза не попавшись, и спустилась на завтрак, ко второй смене. И вот ем я овсянку, и появляется Чесмал Эмри и... Она... Она сказала, что ночью Мейлин умерла в своей постели, – торопливо докончила Суан и тяжело вздохнула, глядя на Морейн.