До этого я проверила пульс Адама. Он хоть и слабый, но был.
– Хорошо, мы подождем медиков, а потом вы обе поедете со мной в отделение, – сказал капитан.
Я только кивнула в ответ и снова перевела свой взгляд на Адама, которого не переставала гладить по волосам.
Медиков ждать пришлось минуты три от силы. Когда они забежали в здание, то сразу отодвинули меня от него и занялись проверкой его состояния. Осмотрев рану и сделав какие-то свои тесты, они положили Адама на носилки спиной вверх и понесли в машину.
Я направилась за ними и убедилась, что скорая уехала. Мне очень хотелось ехать с ними, но я понимала, что нельзя. Вытерев слезы, я повернулась и посмотрела на капитана, с ним рядом стояла Анна.
– Можно мне сделать один звонок? – спросила я.
Он лишь кивнул и протянул мне свой телефон.
Я набрала номер своего дома.
– Алло, – услышала я сонный мужской голос.
– Это Лия. С кем я говорю?
– Байт.
– Отлично. Байт, слушай внимательно. Адама подстрелили и его увезли в больницу. Я не знаю в какую, выясни это сам. Меня сейчас забирают в участок до выяснения обстоятельств. И во избежание вопросов – это не я подстрелила Адама. Тебе нужно найти мою записную книжку, которая лежит в тумбочке возле моей кровати, позвонить Артуру Сергеевичу Держинову и рассказать ему о случившимся. А также скажи, что у меня есть к нему предложение. Пусть приедет ко мне, и мы все обсудим. И еще я так понимаю, ты направил информацию на мою мать в Ленинский РУВД. Сделай то же самое, только с информацией на моего брата. И отправь с пометкой капитану Анисову. Понял?
– Да, – услышала я его ответ.
– Отлично. Все, мне пора, – сказала я и отключившись, отдала телефон капитану.
– Можем ехать? – спросил он.
– Да, – ответила я и протянула руку сестре.
Она сразу же взяла ее в свою, крепко сжала и со страхом посмотрела на меня.
Я в ответ вымученно улыбнулась и произнесла:
– Не волнуйся. Все будет хорошо. О чем бы тебя не спрашивали. Просто говори правду. Хорошо?
Она просто кивнула, и мы направились к машине, в которую повел нас капитан Анисов.
В Ленинском РУВД нас с сестрой разделили, и так как она было еще не совершеннолетней для нее вызвали представителей социальной службы. Но меня допрашивали несколько часов. Я рассказывала о том, что произошло и отвечала на одни и те же вопросы несколько раз подряд. Это все продолжалось пока в отделение не приехал Артур Сергеевич. Он зашел в допросную, что-то прошептал на ухо капитану и тот оставил нас наедине.
– Юля. Можно мне так тебя называть? – спросил мужчина, садясь передо мной. Дождавшись моего кивка, он продолжил: – Когда я услышал, что ты в следственном отделении и еще хочешь со мной поговорить, то не смог не приехать. Так что ты мне хотела сказать?
– Я продам вам всю компанию моей семьи по сниженной цене. Вы же знаете, что я это могу по завещанию отца. Но мне нужна одна услуга перед тем как я подпишу все документы, – ответила я и заметила, как глаза мужчины немного округлились, но он быстро совладал с собой.
– И как я же тебе нужна услуга?
– Я хочу, чтобы с меня сейчас же сняли все обвинения. А мою сестру и меня отпустили. После чего нас отвезли к Адаму в больницу. А также я хочу, чтобы меня в срочном порядке сделали опекуном моей сестры, без какой-либо бюрократии. Вы можете это устроить? Если да, то считайте, что кампания Ваша.
– Я конечно же сделаю, все что ты просишь. Но ты уверена, что хочешь избавиться от компании своего отца?
– Да, она не принесла мне ничего хорошего. И я больше не хочу иметь ничего общего с криминалом. Мой отец хотел, чтобы я была счастлива, а это сделает меня счастливой.
– Хорошо, тогда договорились. Подожди здесь, я постараюсь организовать все быстро, – сказал он, встал и вышел из комнаты.
Где-то через час мы с сестрой оказались в зале ожидания больницы и ждали, вместе со всеми, результатов операции. Я еле себя сдерживала, чтобы не впасть в истерику.
Прошло еще около двух часов, когда к нам вышел врач и сказал, что операция прошла успешно. К Адаму могли пустить только одного человека. Все единогласного проголосовали за меня.
Когда я зашла в палату и увидела ужасно бледного Адама, подключенного к приборам. Только одно хорошо, что он дышал самостоятельно. Я подошла к его кровати и взяла его за руку. В этот момент эмоции накрыли меня и слезы полились с глаз.