Принц, затаив дыхание, жадно пробежал глазами по строчкам, выведенным рукой Келейдура, и выдохнул лишь тогда, когда дошёл до размашистой подписи брата, но лишь затем, чтобы более обстоятельно и внимательно прочитать письмо ещё раз. Он впитывал каждое слово старшего брата, как губка. Каждая закорючка на этом клочке пергамента источала любовь — светлое чувство, которое не могли разрушить ни ожесточённое противостояние эльфийских королевств, ни запреты Трандуила, ни непреодолимые противоречия между Нолдор и Синдар. В письме Келейдур ни словом не обмолвился об отце, и Леголас прочитал послание, зашифрованное между строк, — отец так и не простил его, и, наверное, уже никогда не простит. Проглотив выступившие на глазах слёзы, юный принц печально вздохнул и решил, что больше не станет об этом переживать. Вместо этого он предпочёл порадоваться тому, что старший брат засыпал его вопросами о Гиле. Леголас искренне надеялся, что Глорфиндел был прав, и когда-нибудь он сможет познакомить Кела с племянником, а тот, в свою очередь, сможет подержать его маленькую звёздочку на руках.
— Хорошие новости, Леголас? — осторожно поинтересовался Элронд. Их отношения с Глорфинделом всё ещё были далеки от тех, что связывали их до того рокового вечера, и потому мужчина предпочитал держаться на разумном расстоянии от Синда, дабы не осложнять их с сенешалем и без того напряжённые отношения и не искушать судьбу лишний раз.
— Да, милорд, — вежливо ответил принц и помрачнел. — Мой брат в порядке. Он очень скучает и хотел бы познакомиться с Гилом. Вот только Трандуил никогда не позволит ему переступить границу Имладриса после того… что произошло.
— Не сомневаюсь, что когда-нибудь противоречия между нашими народами останутся в прошлом, и семьи снова соединятся вместе, — с грустной улыбкой ответил Элронд. Леголас не сомневался в том, что в этот момент эльфийский Владыка думал о своём младшем сыне, вынужденном жить в окружении врагов ради сохранения хрупкого мира. И хотя Элронд очень скучал по Элрохиру, гораздо больше его заботило душевное состояние второго близнеца, который с каждым днём становился всё угрюмее и ещё более невыносимым, чем раньше. Связь между близнецами всегда была очень прочна, ещё ни разу в жизни они так надолго не разлучались.
— Почему-то, я очень сомневаюсь в этом… — проворчал Леголас себе под нос, заставив Элронда улыбнуться. Порой этот мальчишка до ужаса напоминал ему эльфёнка.
— Юность всё возводит в максимум и склонна всё драматизировать, — со снисходительной улыбкой заметил Элронд. Юный принц лишь закатил глаза. Это замечание он уже слышал, но совсем из других уст. — По моей просьбе Элрохир сделал копии с записей целителей о случаях беременности среди мужчин в вашей семье. Все упоминания об этом редком явлении по вполне понятной причине хранятся за семью печатями. И всё-таки один хорошо известный тебе Синда, у которого не так уж много причин любить Нолдор, не только помог одному из них выкрасть конфиденциальные сведения из тайника его Величества Трандуила, но и вступил в сговор с врагом, чтобы помочь своему брату, что сидит сейчас прямо передо мной.
— Кел… — выдохнул Леголас и удивлённо уставился на Элронда.
— Да, наследный принц Эрин Гален. Кажется, он всё-таки смог разрешить непреодолимые противоречия с одним из Нолдор. Хотя по логике вещей он должен был бы ненавидеть брата того, кто измывался над ним в плену, не так ли, Леголас? Особенно учитывая тот факт, что мои сыновья внешне похожи друг на друга, как две капли воды, — спокойно заметил Элронд, не сводя с мальчишки пристального взгляда. — Теперь, если вы с Глорфинделом соберётесь зачать ещё одного малыша, я смогу облегчить неприятные симптомы, донимавшие тебя весь прошлый год, — невозмутимо продолжил Элронд. — Или же я могу предотвратить наступление нежелательной беременности, если твой лорд, конечно, решит повременить со следующим эльфёнком.
Этот период своей жизни Леголас вспоминал с содроганием. Но под изучающим взглядом Владыки он заметно ощетинился — да и упоминание о его фертильности вовсе не способствовало хорошему настроению — и прорычал первое, что пришло в голову.
— Прекрасные новости, Владыка. Я безмерно счастлив это слышать. Но, видимо, вы плохо знаете Короля эльфов, милорд. В его груди сердце не бьётся, там только глыба льда!
— Это не так, — почувствовав на себе удивлённый взгляд юного Синда, спокойно ответил Элронд, проигнорировав бесконтрольную вспышку ярости, присущую всем из рода Тингола. — В Дориате я, Глорфиндел и Трандуил были лучшими друзьями. И Трандуил был лучшим из нас.