– А также выноса того, что не следовало светить на выходе? – Ворон прищурился.
– Знаете что…
– Знаю, время для эвакуации как раз настало. – Он улыбнулся. – Злость идет вам много больше, чем страх. Последний вопрос: Валентин знал об этом лифте?
– Нет. – Она отстранилась и осторожно поднялась на ноги. Левый каблук заметно «съехал» назад, второй стоял прямо, возвышая свою обладательницу сантиметров на десять, но вряд ли продержался бы долго.
– Лифты обесточены, – напомнил Денис.
– Не этот. Его питает резервный генератор. – Алла оперлась о стену, рассматривая туфлю. Каблуков было жаль, в свое время она выложила за эти туфли немаленькую сумму, но здоровье, благополучие и жизнь стоили дороже.
– Я могу понести вас на руках, – предложил Ворон.
– Нет уж, обойдусь. – Сломанный каблук оторвался с легкостью, а вот на второй туфле засел прочно.
– А зря. Дайте сюда, варвар – мое второе имя. – Сталкер протянул руку и, взяв туфлю, вырвал каблук вместе с крепежом.
– Заметно. – Утеряв несколько сантиметров в росте, Алла стала выглядеть привлекательнее. По крайней мере для Дениса, который не привык да и не любил смотреть на женщин снизу вверх.
– Дэн, идешь головным. Смотри за фоном, как в Зоне. Если эти ребята оставили неприятный сюрприз, почувствовать его сумеешь только ты, – распорядился Ворон. – Потом вы, сударыня. Будете подсказывать, куда идти, но вперед не суйтесь. Я пойду замыкающим.
«И неплохо было бы раздобыть оружие», – подумал Денис. Они как-то не обзавелись привычкой носить стволы или ножи вне Москвы. После Зоны реальный мир казался безопасным. Конечно, существовали грабители, убийцы, воры, наркодилеры искали, куда бы и кому толкнуть свою дрянь, но все они казались такой мелочью в сравнении даже с самой мирной аномалией. Однако теперь все изменилось. Если «белые сталкеры» смогут беспрепятственно выходить из Зоны и устраивать налеты, подобные сегодняшнему, придется не терять бдительности.
Денис вскинул руку прежде, чем осознал, что его насторожило. Алла остановилась, налетев на его спину.
– Вход в мою лабораторию справа, – сказала она тихо. Голос чуть подрагивал, но в общем и целом она сохраняла спокойствие, что не могло не радовать.
– Дэн?
– Не знаю… погоди минутку. – Денис прикрыл глаза. Он уже имел дело с подобным, следовало лишь вспомнить. – Они не могли протащить сюда аномалию, та издохла бы по дороге, – прошептал он.
– Для тех, кому Зона – дом родной, боюсь, нет ничего невозможного, – проронил сталкер. – Договорились.
– С реальностью?
– Не знаю, Дэн. Их способности в Периметре сродни твоим, а вне его могут быть и много лучше.
– Я подобного не могу. – Денис прикусил губу, прекрасно понимая, где пролегает грань между «не могу» и «в принципе невозможно». В этом мире нет ничего невозможного, и Зона тому лучшее доказательство.
– Ты не пробовал.
Словно подтверждением его слов прозвучал тихий свист – как звук закипающего чайника.
– Черт…
– Возможно, мы успеем, она дезориентирована. – Ворон подался вперед, ухватив Аллу за локоть. После взрыва лаборатория скорее всего будет уничтожена. Даже если все данные и результаты экспериментов, так же как и научные изыскания, уходили в какой-нибудь головной офис, то, над чем работа только началась, будет безвозвратно потеряно. Не говоря уже об убитых научниках. Вполне вероятно, Алла оставалась единственным специалистом, способным пролить свет на весь этот бардак, и лишаться ее сталкер не собирался. – Сколько еще?
– Шагов десять, потом будет рычаг, он отомкнет створки лифтовой шахты, мы встанем на платформу и поднимемся наверх.
– Десять шагов, плюс створки, плюс пока эта конструкция сработает, – прошептал Денис. – Секунд двадцать-тридцать, если не минута.
– К тому же неизвестно, выдержит ли шахта лифта, только выбора у нас нет.
– Здесь во время Второй мировой располагался бункер, – проговорила Алла, будто ее голос мог как-то повлиять на аномалию. – Собственно, лифт с тех времен и сохранился.
– Попробуем в любом случае. – Ворон сжал ее руку. – Было бы невозможно тоскливо столько раз откровенно нарываться в Зоне, а погибнуть здесь. – Он фыркнул и тотчас посерьезнел. – Отступим – не спасемся все равно. Аномалия, может, и отпустит, но тем путем, что вошли, нам не выбраться.
Денис кивнул. Если захватчикам взбрело в голову «заминировать» лабораторию, нечего и рассчитывать на то, что они не сделают этого с лестничными пролетами или выходами. Значит, оставалось надеяться на тысячу и одно «если».
Он попытался вызвать в себе те же ощущения, что испытывал в Москве, но то ли восьмое, то ли вообще десятое чувство, позволявшее ему ходить в Периметре с закрытыми глазами, по-прежнему спало. Голову будто обматывал плотный меховой кокон, он же забивал обоняние и отчасти осязание. Лишь каким-то наитием Денис ощущал наличие в лаборатории аномалии. Опасность слегка покалывала кончики пальцев и оседала металлическим привкусом на языке.
