Осознав, что фальшфейер через несколько секунд погаснет, Инга начала судорожно соображать, что можно быстро поджечь. Догадка пришла неожиданно быстро. Скинув рюкзак, она вытащила платье, которое добыл Марио, подожгла его и бросила перед собой.
Оперативно подоспевшая группа дополнила костер быстровоспламеняющимися вещами. Пилот стащил с себя шапку, капитан вытащил из рюкзака грязную майку, а Марио пожертвовал чистым комплектом белья.
– Бегом! – скомандовала Виста, потратив секунды на то, чтобы свериться с картой.
Соратники, подстегиваемые адреналиновой плетью, сами не поняли, как пробежали несколько километров, при этом ловко минуя аномальные ловушки. Они, даже понимая, что кислотная лужа вряд ли их достигнет, не останавливались. На платформе станции метро «Киевская», Виста дала отмашку и без сил, с присвистом дыша, уселась на шпалу. Когда пыл погони утих, все в полной мере ощутили, насколько тяжело дался забег. На половине пути Виктор начал задыхаться и путаться в собственных ногах, поэтому бессознательное тело Василисы из рук офицера принял Женя. Какой бы легкой девушка не была, но с каждой сотней метров нести ее на своих плечах было все тяжелей и тяжелей.
– Как ты догадалась, что оно боится огня? – отдышавшись, спросил Марио.
– Никак. Просто выронила фонарь из рук, а возвращаться за ним не было никакой возможности. Вот и вспомнила, что у меня есть фальшфейер, – Виста жадно присосалась к фляге. Ноги от забега все еще дрожали, сердце больно билось. – Платье только жалко, – с искренним сожалением протянула она. – Красивое было.
– Я тебе таких еще с десяток добуду, – успокоил ее Виктор и обратился к Жене: – Как Вася?
– Спит. Думаю, еще час минимум продрыхнет. Придется нести.
– Может оно и к лучшему, – протянул Виктор, принимая из рук Фролова флягу и делая несколько жадных глотков.
В молчании, которое никто не решался нарушить, сидели минут пятнадцать. Еще один перегон и все – заветная поверхность и свобода. Никому под землей спокойно не было, даже Марио, который держался уверенней всех. Встали без слов, в абсолютной тишине, еще раз осмотрелись и не нарушая тишины продолжили нелегкий путь. Однако единственный сюрприз, который их ожидал в перегоне между «Киевской» и «Парком культуры», это высокий уровень воды, достигающий порой задницы. Изящней всех материлась Виста. Невысокой девушке уровень воды порой походил до поясницы. И как бы она не просилась на руки к Марио, тот принципиально отказывался нести ее даже через самый затопленный участок. Но даже затопленный тоннель лучше, чем желавшая сожрать тебя слизь или огромные крысы, для которых человеческое мясо – лакомство номер один.
Когда в свете фонаря показалась платформа станции метро «Парк Культуры», облегченно никто не выдохнул. Виста заранее предупредила о том, что глубина заложения станции сорок метров и восхождение будет не из легких.
– Между прочим, – Виста, опираясь руками о края платформы, в прыжке пыталась на нее забраться, но сил не хватало. – Это настолько красивая станция, что в Союзе были выпущены почтовые марки с ее изображением. А еще, – девушка снова подпрыгнула, но снова безуспешно, – здесь было отснято несколько эпизодов советских фильмов. Например, «Курьер».
– Да замолчи ты уже, – Марио схватил девушку за шкирку и помог ей забраться на платформу.
– О, спасибки, – отряхнувшись, девушка бодро подпрыгнула на месте. – Ну что, ребята. Мы почти у цели!
Лежащая на серо-черных гранитных плитах, Василиса зашевелилась, сладко зевнула и, перевернувшись на спину, медленно открыла глаза. Ладони ей уже успел обработать офицер и, несмотря на протесты группы, которая боялась, что два лекарства подействуют на Титову совсем удручающе, вколол обезболивающее.
– Мы победили уже? – Василиса хотела потереть глаза, но бинты на ладонях помешали это сделать.
– Почти, – улыбнулся неожиданно приободрившийся пилот. – Совсем немного осталось, Вась. Потери.
Направив луч фонаря на эскалатор, Евгений задрал голову вверх. Холодный ветер, бьющий в лицо – словно глоток свободы.
Где-то там, в парке, их финальная точка маршрута. Так или иначе в скором времени для них с Васей все закончится. Не для группы, нет. А для них двоих. Фролов коснулся набедренной кобуры с пистолетом. Как никогда, настроен он был решительно.
Центральный парк культуры и отдыха имени Максима Горького раскинулся почти на двухстах двадцати гектарах. Его начали реконструировать, но завершить, к большому сожалению, не успели. Москва превратилась в Аномальную Зону на несколько лет раньше, чем успели закончить работы. Перед грандиозной по своим размерам и величию аркой главного входа группа остановилась. Никто вход не охранял. Впрочем, даже если на территории парка действительно обитают отморозки, едва ли они могут выставить посты по всей территории. Подобную безопасность может позволить себе только «Тантал». Может быть, если бы «Оникс» вел несколько иную политику по отношению к военным, готовым с ними сотрудничать, еще и они. Но «Оникс» выбрал другую политику и прогадал, навсегда оставшись в тени могущества «Тантала».
