- Не без того, братуха, не без того... Живём мы, понимаешь, на этой земле пустынной десяток, почитай, лет, никого не задеваѓем, мирно пашем, сеем, урожаи собираем, промышляем рыбку, зверя, плоды земные, ремесло творим, торгуем по малости, молитвы Госпоѓду возносим истово, вдруг - нате вам, здрассьте, всравшись! Заявляется к вечерне странница, чудеса, говорит, несказанные видала, аудиенции, значит, просит. Что характерно, не старая еще, симпатичная, стервь!
- Надо полагать, в аудиенции ты не отказал.
- Как можно, Сашка?! Чудеса ведь!
- Ага, под рубищем...
- Иди ты! Хотя, возможно... Так вот, взгляни, говорит, батюшка, за окно. А там - Матерь-Богородица, заступница наша еси! - из леса ракета в небо взлетает. Как она это сделала, а?
- Как? За счёт истечения реактивной струи в направлении, прямо противоположном движению ракеты. Стыдно, Макс, это школьная программа физики!
- Да я про странницу!
- Про стра... про сра... Ладно, открою тебе тайну, дружище, только никому не проболтайся! Это - чудо.
- Пошёл ты! Я ведь серьёзно.
- Действительно серьёзно, Макс. Пока ты на её губки коралловые пялился, где-нибудь в кармане тангенту тон-вызова радиостанции выжала, а сообщник в лесу сигнал принял и 'Стрелу' в белый свет запустил.
- Хорошенькая стрела!
- Ничего так. Я не сравнивал, хотя комплекс 'Игла' считаю всё же лучше.
- А-а, вон ты о чём! Я-то подумал... Потом, слышь, показывает мне правую руку, а в ней знаешь, Саня, что? Граната! Ну, лимонками их еще называли. А колечко-то - в левой! Как не пи$дануло, прости Господи?! - перекрестил рот Максимилиан.
- Вот уж чудо из чудес! Она сжимала пальцами спусковой рычаг, тот удерживал подпружиненный ударник с накольным жалом. А когда от тебя вышла - как я понял, целая и невредимая, - вставила на место предохранительную чеку с кольцом.
- Целая и невредимая? Еще бы, мать её за четырнадцать колен Израилевых! Знаешь, что эта дьяволица заявила?
- Знаю, батюшка.
Гетман поморщился гетман. Он, собственно, и ожиѓдал чего-нибудь подобного.
- Сказала, собирай манатки и топай вместе со своей общиной к дьяволу, верно? На всё про всё сутки дала, иначе, сказала, следующая ракета полетит в окно твоей благочестивой кельи.
- Точно! Только не ракета, а ракеты... Откуда знаешь? Или... или я в тебе, Саныч, жестоко ошибся?
- Дурак, ты, Макс, хоть и архимандрит с анахоретом за компанию! Думаешь, ты первый такой, чудесами прельщённый? На нас тоже наезжаѓют слуги антихристовы со всем дьявольским коварством и палят сразу по кельям, а не в белый свет.
- Ох, грехи наши... Прости, Санька, глупость я сказал! И что делать?
- Что делать? Ответишь, разумеется, за глупость. Литром. А по сути... Уж конечно, вторую щеку не подставим. Да и первую тоже. Утрём плевок и врежем по мордам!.. Что у тебя со стволами, нигде не разжился?
- Откуда?! Двадцать карабинов, что ты дал. Зелья к ним хватит, народец только не обучен.
- Обучить всегда можно, - задумался гетман. - Заставить трудно, особенно, как ты говоришь, фанатиков... Стрелять-то по ближѓнему будут?
- Какому, к дьяволу, ближнему?! Который стрелой калёной гроѓзит святой обители? Защищать алтари и очаги - дело богоугодное. Всю ночь я, батька, мозговал и вот чего надумал: хватит нам, грешным, на один Божий промысел уповать да защитой Его высокой себя тешить, самим надобно... Братскую дружину ставить буду. Каюсь, раньше тебя не послушал.
- Наконец-то, любезный батюшка! Не прошло и сотни лет, как сообразил...
Гетман был несказанно рад решению Первого Анахорета. С этого момента они с приятелем становились не просто союзниками, но соратниками, товарищами по борьбе.
- Поможешь? - спросил Максимилиан.
- А то нет?! С радостью помогу!
- Ну, а плату чем возьмёшь? - прищурился он.
Эх, батюшка, - думал гетман, - когда речь идёт о вооружении, банальные деньги отходят на задний план. Вопрос теперь стоит о совершенно новом формате взаимоотношений, потому что получатель оружия зависим от поставщика в большей степени, чем грудной младенец - от кормящей матери...
- Чем плату возьму? Христианскими душами, конечно, - не моргнув ответил он. - Не забудь пару штук за обед оставить... Давай по крайней стопке на сегодня, батюшка, и приступим к делу, время не ждёт.
- Слушаюсь, товарищ командир! - Анахорет напялил камилавку, после чего молодцевато вскинул руку в воинском приветствии и неожиданно запел. - Взвейтесь, соколы, орлами, полно горе горевать!..
Организационные вопросы друзья с крутившимся у резиденции Ходжаевым уладили мгновенно, и к пополудни от станичной пристани с невероятной помпой отвалили катер патриарха непонятной церкви и плавающий транѓспортёр со взводом казаков, набитый под завязку огненным и проѓчим зельем, в том числе спиртным. Как батюшка ни сокрушался по поводу несвоевременного своего отъезда (бабы, всякое такое разное...), как ни зазывал его отец Никодим очистить разум и душу многогрешную от схизмы в истинно православном храме (нажраться водки до помутнения в мозгах), обстановка диктовала свои жёсткие требования. Кому сейчас легко?!
